Русские народные сказки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Зализал волк раны и пошел за добычей. Смотрит, на горе стоит большой козел; он к нему и говорит: „Козел, а козел! Я пришел тебя съесть!" — „Ах ты, серый волк! Для чего станешь ты понапрасну ломать об меня свои старые зубы? А ты лучше стань под горою и разинь свою широкую пасть: я разбегусь да так прямо к тебе в рот — ты меня и проглотишь!" Волк стал под горою и разинул свою широкую пасть, а козел себе на уме: полетел с горы, как стрела, ударил волка в лоб, да так крепко, что тот с ног свалился. А козел и был таков!

Часа через три очнулся волк, голову так и ломит от боли. Стал он думать: проглотил ли он козла или нет? Думал-думал, гадал-гадал: „Коли бы я съел козла, у меня брюхо-то было бы полнехонько; кажись, он, бездельник, меня обманул! Ну, уж теперь я буду знать, что делать!"

Сказал волк и пустился к деревне; увидал свинью с поросятами и бросился было схватить поросенка, а свинья не дает. „Ах ты, свиная харя! — говорит ей волк. — Как смеешь грубить? Да я и тебя разорву, и твоих поросят за один раз проглочу!“ А свинья отвечает: „Ну, до сей поры не ругала я тебя, а теперь скажу, что ты большой дурачина!" — ,Как так?" — „А вот как! Сам ты, серый, посуди: как тебе есть моих поросят? Ведь они недавно родились: надо их обмыть. Будь ты моим кумом, а я твоей кумою, станем их, малых детушек, крестить! "

Волк согласился. Пришли они к большой мельнице. Свинья говорит волку: „Ты, любезный кум, становись по ту сторону заставки, где воды нету, а я пойду, стану поросят в чистую воду окунать да тебе по одному подавать". Волк обрадовался, думает: „Вот когда попадет в зубы добыча-то! " Пошел серый дурак под мост, а свинья тотчас схватила заставку зубами, подняла и пустила воду. Вода как хлынет — и потащила за собой волка, и начала его вертеть! А свинья с поросятами отправилась домой; пришла, наелась и с детками на мягкую постель спать повалилась.

Узнал серый волк лукавство свиньи: насилу кое-как выбрался на берег и пошел с голодным брюхом рыскать по лесу. Долго терпел он голод, не вытерпел, пустился опять к деревне и увидел: лежит около гумна какая-то падаль. „Хорошо, — думает, — вот придет ночь, наемся хоть этой падали". Нашло на волка неурожайное время — рад и падалью поживиться! Все лучше, чем с голоду зубами пощелкивать да по-волчьи песенки распевать!

Пришла ночь; волк направился к гумну и стал уписывать падаль. А охотник уж давно его поджидал — приготовил для приятеля пару хороших орехов; ударил он из ружья, и серый волк покатился с разбитой головой…

Так и окончил свою жизнь серый волк!

⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀

13. Напуганные волки

⠀⠀ ⠀⠀

Жили-были на одном дворе козел да баран; жили промеж себя дружно: сена клок — и тот пополам, а коли вилы в бок — так одному коту Ваське. Он такой вор и разбойник — каждый час на промысле, и где плохо лежит — тут у него и брюхо болит!

Вот однажды лежат себе козел да баран и разговаривают; откуда ни взялся котишко-мурлышко, серый лобишко, идет да так жалостно плачет! Козел да баран и спрашивают: „Кот-коток, серенький лобок! О чем ты плачешь, почему на трех ногах скачешь? " — „Как мне не плакать? Била меня старая баба; била, била, уши выдирала, ноги поломала да еще удавку припасла! " — „А за какую вину такая тебе погибель?" — Эх, за то погибель была, что себя не опознал да сметанку слизал!" И опять заплакал кот-мурлыко. „Кот-коток, серый лобок! О чем же ты еще плачешь?" — .Как не плакать? Баба меня била да приговаривала: „Ко мне приедет зять, где будет сметаны взять? Хочешь не хочешь, а придется заколоть козла да барана!" Заревели козел и баран: „Ах ты, серый кот, бестолковый лоб! За что ты нас-то загубил? Вот мы тебя забодаем! "

Тут мурлыко вину свою приносил и прощенья просил. Они простили его и стали втроем думу думать: как быть и что делать? А что, середний брат баранко, — спросил мурлыко, — крепок ли у тебя лоб: попробуй-ка о ворота! " Баран с разбегу стукнулся о ворота лбом: покачнулись ворота, да не отворились. Поднялся старший брат, мрасище-козлище, разбежался, ударился — и ворота отворились…

Пыль столбом подымается, трава к земле приклоняется; бегут козел да баран, а за ними скачет на трех ногах кот-серый лоб. Устал он и взмолился названым братьям: „Ни то старший брат, ни то средний брат! Не оставьте меньшого братишку на съедение зверям!" Взял козел, посадил его на себя, и понеслись они опять по горам, по долам, по сыпучим пескам. Долго бежали, и день и ночь, пока в ногах силы хватило.

Вот пришло крутое крутище, под тем крутищем скошенное поле, на том поле стога, что города, стоят. Остановились козел, баран и кот отдыхать, а ночь была осенняя, холодная. „Где огня добыть? " — думают козел да баран. А мурлышко уже добыл бересты, обернул козлу рога и велел ему с бараном стукнуться лбами. Стукнулись козел с бараном, да так крепко, что искры из глаз посыпались: берестечко так и вспыхнуло! „Ладно, — молвил серый кот, — теперь обогреемся". Да за словом и затопил стог сена.

Не успели они путем обогреться, глядь — жалует незваный гость мужик-серячок Михайло Иванович. „Пустите, — говорит, — обогреться да отдохнуть: что-то неможется!" — „Добро жаловать, мужик-серячок муравейничек! Откуда, брат, идешь? " — „Ходил на пасеку да подрался с мужиками, оттого и хворь прикинулась; иду к лисе лечиться".

Стали вчетвером темну ночь делить: медведь — под стогом, мурлыко — на стогу, а козел с бараном — у огня. Идут семь волков серых, восьмой белый — и прямо к стогу. „Фу-фу, — говорит белый волк, — нерусским духом пахнет. Какой-такой народ здесь? Давайте силу пытать!" Заблеяли козел и баран от страха, а мурлыко такую речь повел: „Ахти, белый волк, над волками князь! Не серди нашего старшего: он, помилуй бог, сердит! Как расходится, никому не сдобровать. Аль не видите у него бороды: в ней-то и сила, бородою он зверей побивает, а рогами только кожу сымает. Лучше с честью подойдите да попросите: хотим, дескать, поиграть с твоим меньшим братишкой, что под стогом-то лежит! " Волки козлу поклонились, обступили Мишку и стали его задирать. Вот он крепился, крепился да как хватит на каждую лапу по волку: запели они Лазаря, выбрались кое-как да, поджав хвосты, подавай бог ноги!

А козел да баран тем временем подхватили мурлыку и побежали в лес и опять наткнулись на серых волков. Кот вскарабкался на самую макушку ели, козел с бараном схватились передними ногами за еловый сук и повисли. А волки стоят под елью, зубы оскалили и воют, глядя на козла и барана.

Видит кот-серый лоб, что дело плохо, стал кидать в волков еловые шишки да приговаривать: „Раз волк! Два волк! Три волк! Всего-то по волку на брата. Я, мурлыко, давеча двух волков съел, и с косточками, так еще сытехонек, а ты, большой брат, за медведями ходил, да не изловил, бери себе и мою долю!" Только сказал он эти речи, как козел сорвался с дерева и упал рогами прямо на волка. А мурлыко, знай, свое кричит: „Держи его, лови его!" Тут на волков такой страх нашел, что со всех ног припустились они бежать без оглядки.

А козел, баран да кот — серый лобок быстрёхонько побежали домой.

⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀

14. Старая хлеб-соль забывается

⠀⠀ ⠀⠀

Попался было бирюк в капкан, да кое-как вырвался и стал пробираться в глухую сторону. Завидели его охотники и стали следить за ним. Пришлось бирюку бежать через дорогу, а в ту пору шел по ней с поля мужик с мешком и цепом. Бирюк к нему: „Сделай милость, мужичок, схорони меня в мешок! За мной охотники гонятся". Мужик согласился, запрятал его в мешок, завязал и взвалил на плечи. Идет дальше, а навстречу ему охотники. „Не видал ли, мужичок, бирюка?" — спрашивают они. „Нет, не видал! " — отвечает мужик.

Охотники поскакали вперед и скрылись из виду. „Что, ушли мои злодеи?" — спросил бирюк. „Ушли". — „Ну, теперь выпусти меня на волю". Мужик развязал мешок и выпустил его на вольный свет. Бирюк сказал: „А что, мужик, я тебя съем! " — „Ах, бирюк, бирюк! Я тебя из какой неволи выручил, а ты меня съесть хочешь!" — „Старая хлеб-соль забывается", — отвечал бирюк. Мужик видит, что дело-то плохо, и говорит: „Ну, коли так, пойдем дальше, и если первый, кто с нами встретится, скажет по-твоему, что старая хлеб-соль забывается, тогда делать нечего — съешь меня! "

Пошли они дальше. Повстречалась им старая кобыла. Мужик к ней с вопросом: „Сделай милость, кобылушка-матушка, рассуди нас! Вот я бирюка из большой неволи выручил, а он хочет меня съесть!" — и рассказал ей все, что было. Кобыла подумала-подумала и сказала: „Я жила у хозяина двенадцать лет, принесла ему двенадцать жеребят, изо всех сил на него работала, а как стала стара и пришло мне невмоготу работать, он взял да и стащил меня под яр; уж я лезла, лезла — насилу вылезла и теперь вот плетусь куда глаза глядят. Да, старая хлеб-соль забывается!" — „Видишь, моя правда! " — молвил бирюк.

Мужик опечалился и стал просить бирюка, чтоб подождал до другой встречи. Бирюк согласился и на это. Повстречалась им старая собака. Мужик к ней с тем же вопросом. Собака подумала-подумала и сказала: „Служила я хозяину двадцать лет, оберегала его дом и скотину, а как состарилась и перестала брехать, он прогнал меня со двора, и вот я плетусь куда глаза глядят. Да, старая хлеб-соль забывается!" — „Ну, видишь, моя правда! " Мужик еще пуще опечалился и упросил бирюка обождать до третьей встречи: „А там делай, как знаешь, коли хлеба-соли моей не помнишь".

В третий раз повстречалась им лиса. Мужик рассказал ей все и повторил свой вопрос. Лиса говорит: „Да как это можно, чтобы бирюк, этакая большая туша, мог поместиться в таком малом мешке?" И бирюк и мужик побожились, что это истинная правда, но лиса все-таки не верила и сказала: „А ну-ка, мужичок, покажи, как ты сажал его в мешок-то! " Мужик расставил мешок, а бирюк всунул туда голову. Лиса закричала: „Да разве ты одну голову прятал в мешок?" Бирюк влез совсем. „Ну-ка, мужичок, — продолжала лиса, — покажи, как ты мешок завязывал?" Мужик завязал. „Ну-ка, мужичок, как ты в поле хлеб-то молотил?" Мужик и начал молотить цепом по мешку. „Ну-ка, мужичок, как ты колосья отворачивал?" Мужик стал отворачивать голову бирюку да задел и лису по голове и убил ее до смерти, приговаривая: „Старая хлеб-соль забывается! "

⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀