— Она не была мокрой для меня, — продолжает Райф, как будто я не стою прямо здесь, полуголая, склонившись над его столом.
Я сглатываю, когда слова эхом отдаются в моей голове. Я действительно думала, что мне удалось его одурачить.
— Но она практически истекает всякий раз, когда ты открываешь свой прелестный ротик.
Он хихикает у меня за спиной, и я понимаю, что он не расстроен. В типичной для Райфа манере его тон мрачно-насмешливый, даже коварный.
Вспышка мелькает в глазах Адама так быстро, что я бы пропустила это, если бы он не поглощал каждую частичку моего внимания.
— Неужели это так.
Это звучит как утверждение, его взгляд прожигает дыру прямо в моей коже. Наконец, он поворачивается обратно к Райфу, и из моих легких вырывается вздох.
— Похоже, это твоя проблема. Не моя.
— Проблема? — Райф заливается смехом.
Его хватка на моих запястьях ослабевает, когда он убирает одну руку, чтобы взглянуть на часы.
— Я хочу увидеть, насколько я прав насчет этого.
Его кончики пальцев впиваются в мою кожу, и он сильно прижимает меня к столу, пока моя щека не оказывается на гладком дереве. Грудь сдавливает, когда я понимаю, о чем он просит, и мое дыхание становится прерывистым.
— Если ты сможешь заставить ее кончить в течение следующих пяти минут, прежде чем мой клиент подъедет ко входу, я прочитаю каждую страницу твоего чертового плана. Я даже обсужу это с Феликсом, когда вернусь. Но если ты не сможешь…
Его голос затихает, и свободной рукой он пододвигает бумаги к мусорному ведру.
Мои глаза закрываются. Я не могу позволить Адаму Мэтьюззу довести меня до края. Не перед Райфом, не тогда, когда Райфа мне нужно как-то убедить, что я хочу большего, чем другие.
Я не могу.
Когда я наконец открываю глаза, начищенные черные туфли Адама придвигаются ближе. Каждая частичка моего тела оживает при мысли о его теплых, сильных руках на мне, и я знаю, что мне крышка, если он согласится на эту сделку. Моя единственная надежда — что он откажется и уйдет. Он делает еще шаг, потом еще, и рой бабочек перепрыгивает с моего живота в горло.
— Пять минут, — бормочет он.
Кипящий жар пульсирует между ног от хриплого тона, которым теперь пронизан его низкий голос. Взгляд следует за его руками, когда он вытаскивает их из карманов, расстегивает манжеты и закатывает рукав.
— Договорились.
— Мне нужен кто-то, кто видит огонь в моих глазах
и хочет поиграть с этим.
— Неизвестно
Моя щека прижата к холодной поверхности стола, но внутри у меня все горит. Не знаю, как я собираюсь это провернуть, просто я должна. Я не могу рисковать, что Райф прогонит меня до того, как я получу ответы, и у меня нет причин полагать, что он оставит меня рядом, если не купится на мое желание к нему. Глубоко вдохнув, я извиваюсь в объятиях Райфа, пытаясь встать, но он удерживает меня на месте.
— Ты ошибаешься, — наконец говорю я, избегая взгляда Адама. — Я хочу не его. Это ты.
— О, любовь моя, — говорит Райф с хриплым смехом.
Он отпускает меня и отступает назад, затем улыбается и складывает руки вместе, как взволнованный подросток.