– Кошмар, что ты такое говоришь! – испугалась Юля.
Тяжёлая рука мужчины лежала у неё на коленях, она её гладила, переплетала пальцы. Как же хорошо вот так сидеть, привалившись к крепкому плечу, ощущать каждой клеточкой, что ты любима, тобой восхищаются…
– Кондратьев заявился с букетом… – вспомнила Юля. Она отчаянно пыталась оттянуть момент признания. – Такие красивые цветы подарил… Что ты с ним сделал?
– Да ничего особенного. Просто объяснил толстому, как надо себя вести. Спокойно и вежливо объяснил, почти даже не издевался. Да ну его! Юля… Мы же не все ритуалы ещё выполнили, милая. – С этими словами Игнат достал из кармана маленькую коробочку. – Согласием Андрея я заручился, это здорово. Но я должен и у тебя спросить: ты выйдешь за меня замуж?
Кольцо сверкало в уютном бархатном гнёздышке – тонкое и изящное, как раз для юной невесты. Бриллиант поймал солнечный луч и взорвался миллиардом разноцветных искр.
Юля смотрела на кольцо и кусала губы в приступе бессильного отчаяния.
– Ты согласна, милая? Я безумно тебя люблю, малыш…
– Игнат… Но я…
– Что? – Тень пробежала по лицу мужчины.
– Я не могу выйти за тебя замуж.
– Так…
– Никак не могу! Прости…
– Почему? – Игнат отодвинулся на скамейке, весь потух, будто его выключили из сети. На лбу надулась вена, челюсти сжались.
Юля опустила голову.
– Ты мне объяснишь?
– Игнат… Я тебя обманула… Предала… Манежин привёз меня к тебе в лес с одной целью: чтобы я помогла ему выпотрошить память твоего ноутбука. Он подкинул мне в сумку флешку-модем. Сказал, что если я не вставлю её в твой ноут, он расправится с моим братом. Отравит ему капельницу… или ещё как-нибудь навредит… Поэтому я сделала всё, как он сказал. Это я виновата в сливе информации. Ты мне полностью доверял… А я тебя предала, Игнат… Поэтому я не могу выйти за тебя замуж…
Юля закрыла лицо руками, судорожно втянула воздух и вся напряглась – будто ожидала удара. А в следующее мгновение ощутила, что её снова заключают в объятия. Игнат прижал её к себе, спрятал в кольце рук – будто одел в броню, чтобы защитить от любых переживаний.
– Маленькая моя… Я так и думал, что Манежин шантажировал тебя жизнью брата.
Юля убрала от лица ладони и изумлённо уставилась на Игната:
– Так ты… Ты знал?
– Малыш, ну конечно. Сложить два плюс два было не так уж сложно.
– И ты на меня не злишься? Правда? – Она никак не могла поверить, что всё уже позади, и что Игнат совершенно спокоен и смотрит на неё с прежней нежностью.
– Милая… Конечно же, я на тебя не злюсь! Ну что ты!
– Я же тебя предала… Я предательница… Мне так стыдно…
– Перестань, малышка. Ты не предательница. Ты маленькая девочка, которую втянули в жестокую мужскую игру. Тебя загнали в ловушку, и ты приняла единственно верное решение: ты спасала брата. Он твоя семья, твой родной человек. А со мной в тот момент ты была знакома несколько дней. И что? Я должен обвинить тебя в том, что ты выбрала Андрея, а не меня? Нет, конечно! Ни в чём я не буду тебя обвинять.
– Игнат… – всхлипнула Юля, и в ту же секунду у неё из глаз хлынули слёзы. – Игнатушка…
– Нет-нет-нет! – взмолился Игнат. – Только не плачь!
Он потянул рыдающую принцессу со скамейки, поставил между своих коленей, обнял за талию, а Юля уткнулась мокрым лицом ему в плечо. Она всхлипывала, разрывая Игнату сердце, но это были слёзы радости и облегчения – с её совести упал тяжкий груз, всё осталось позади.
– Игнат… А ты… А ты потом когда-нибудь не будешь меня упрекать?
– Нет! Ни за что! – поклялся Хабаров, шаря ладонями по вздрагивающей спине.