Из затянувшихся раздумий мужчину вырвала в очередной раз изменившаяся обстановка. Роботы, а в силу прошлой профессии, Спартак вполне соображал, что это такое, затеяли непонятную возню. И до того не сидевшие без дела машины засуетились. Если раньше вагонетки просто сменялись одна за другой, то теперь творимый хаос вышел на новый уровень.
По полу засновали тысячи металлических сороконожек. Стальные жуки перекинулись на стены. Вскоре, пространства в помещении существенно прибавилось. Мелюзга пожирала несущие конструкции, но не давала потолку рухнуть: часть из членистоногих немедленно сооружала новый простенок, другая вновь поедала. И так раз за разом.
В результате, не слишком-то и большой отсек превратился в просторный, площадью около километра, ангар. Для здешней «повелительницы» откуда-то приволокли высокотехнологичное кресло из серебристого металла с хрустальным обручем над изголовьем.
Без слов, девушка разместилась в предоставленном сидале. Ее запястья обхватили широкие обручи, а на лоб легла полупрозрачная диадема. Машины же забегали, как угорелые. Они подключали к постаменту какие-то провода, долбили бороздки, рыли натуральные ямы и ниши.
Даже не очень любопытному Спартаку стало интересно, что происходит. Его самого, супругу, облезлого аспида и серокожую красавицу деловито задвинули в угол. Чтобы не мешались «под ногами», значит. По центру же только что возведённого полигона располагалось, то самое кресло и новая знакомая в нем.
Наконец, предварительная подготовка завершилась. По всей видимости, разумные механизмы перешли к финальным аккордам непонятного действа. Вагонетки сгрузили в выдолбленные в полу ямищи слизь. Также туда опустили ведущие к своеобразному трону провода.
Примечательно, что такие вот «ванны» уходили далеко за пределы рукотворного ангара. Помимо них, львиную часть помещения заняли особо крупные вагоны и цистерны с все тем же, только более концентрированным, студнем. Спартак ощутил, что данный холодец содержит в себе подобие той силы, что не так давно поселилась и в нем.
Когда сотни, а может и тысячи, купелей были подготовлены, в них стали забираться разнообразные механизмы. Причём, как понял гладиатор, чем ближе к пьедесталу, тем более важный робот занимал такое вот «тёплое местечко». В частности, мега- мозг и несколько подобных ему собратьев плавали в нишах у самого подножия пьедестала.
Приготовления окончательно завершились только через несколько часов. На секунду мельтешение стихло. Затем «корона» из хрусталя на голове юной Хранительницы воссияла. Через мгновение свет перекинулся и на тело девушки. Ещё через десяток секунд ее и вовсе перестало быть видно. Она превратилась в подобие ярчайшего солнца, а самопальный трон выглядел, как золотистый шар. В сторону от него исходили волны тепла и энергии.
Задёргались мириады прикреплённых к сидалу кабелей. По ним к необычным ваннам побежали золотые искры. Ожили и большущие вагонетки: по специальным желобам, прямо к пьедесталу, стянулось слегка зеленоватое желе. Столь неблаговидно выглядевшая масса пузырилась и испарялась в окрестностях чудо- кресла, а сияние вокруг него нарастало.
— «Что же тут происходит?» — вопрошал Спартак, у которого, что называется, пошли мурашки по коже от избытка эманаций воистину необоримой мощи.
Понятное дело, никто не дал ответа на его не высказанный вопрос. Величественное действо продолжилось. Серебрянные стены засветились в отблесках неимоверного пламени. Температура поднялась, провода забесновались, к купелям заструились воистину неудержимые волны золотистой энергии. Гладиатору осталось лишь гадать, что будет, и надеяться, что позже ему приоткроют завесу тайны над происходящим.
Глава 38. Королева.
Власть — это не только привилегия, но ещё и ответственность;
Ан Гюрза, Хранительница Наследия;
За окутавшим кресло ярчайшим сиянием никто и не заметил, как скорчилась от невыносимых мук молодая девушка. Так больно ей ещё никогда не было. Если бы она могла связно соображать, то пожалела, что согласилась выполнить просьбу анойнов. Тогда их мольба тронула ее. Сейчас же Ан почти умирала от терзавших плоть энергетических волн.
По особым органическим кабелям в многочисленные ванны с оставшимся от майорга желе передавались цепочки чистого генокода. Для чего собственные клетки делились с неимоверной быстротой и подавались наружу. Там, молекулы ДНК* расшифровывались и обращались в молекулы РНК. Последние и переносили генную информацию по необычным магистралям, доставляя ее в ниши со слизью.
Во влажной среде происходила дальнейшая распаковка, и нуклеотиды* превращались в разнообразные белки, которые, в свою очередь, формировали необходимые колонии клеток.
Навязанная майоргом последовательность ген перекодировалась. Слизь меняла цвет, структуру и массу, попутно избавляясь от генетической программы самоуничтожения носителей.
Новое, необходимое для жизни анойнов, топливо было лишено подобного дамоклового меча*. Отныне разумные машины становились свободными. Они больше не зависели ни от гигантского слизня, ни даже от Гюрзы. Девушка передала им полный диплоидный набор*. Обновлённая структура воспроизводилась самостоятельно, и даже самолично исправляла ошибки, неизбежные в процессе многократного копирования.
Перед сложнейшей процедурой один из командных центров роботов передал развёрнутую модель предполагаемых изменений. Без них анойнам было не выжить. Во-первых, в любой момент, майорг мог возвернуться и активировать зашитую на генетическом уровне программу самоистребления. Во-вторых, после бегства студня необходимая для жизнедеятельности и репликации слизь превратилась в конечный ресурс. Да, ее было много, но никакие запасы не вечны.
Ан, щедрая душа, без колебаний согласилась помочь разумным механизмам. Тем более, ей это было выгодно. Анойны пообещали восстановить былое величие Улья #5 и выступить союзниками в противостоянии с аспидами и Великим Шешем. Также они обязались предоставить все компоненты, необходимые для реализации задуманного плана.
Гигантские цистерны и вагонетки напитали Гюрзу концентрированным загрязнённым генокодом. Хранительница же, при помощи навыка генофаг, очищала исполинские объемы осквернённых ген и транслировала вовне правильные цепочки, которые уже в менее агрессивной среде реплицировались в белки и клетки. Таким образом, анойны заполучили обновлённое, способное бесконечно воспроизводить само себя вещество.
Для такой непростой задачи роботы даже приволокли кресло- усилитель. Оно имелось и в Последнем Оплоте. Только разрушилось, после окончательного запуска Рециклотрона.
И все бы хорошо, но Ан переоценила силы. Поначалу деление клеток вызвало лишь лёгкий дискомфорт. Но чем больше времени проходило, тем сильнее становились болезненные ощущения. Наконец, нервная система не выдержала издевательств. Клетки головного мозга умирали. Пришло отупление, навалилось безразличие. Боль сменилась сонливостью, которая грозила перерасти в летальный исход.
Нет, анойны не хотели убить ее. Машины просто не учли психо-ментальных особенностей, пусть и видоизменившегося, но всё-таки пока большей частью человеческого, организма.
Гюрза медленно угасала, но даже не осознавала столь прискорбного факта. Скорее всего, физически ей ничего не грозило: она осталась бы жива. Вот только превратилась в бездушный овощ. А разве это не подобие смерти? Я мыслю, значит существую, именно такой постулат един для всех разумных.
Неизвестно, что бы произошло на самом деле. Наверное, Гюрза так и сидела на троне в качестве живой батарейки и своеобразного эталона. Анойны бы кормили и питали ее тело, сохраняя исходный образец для идеального топлива.
К счастью, незадолго до старта авантюры, Ан изучила умение ментальный колосс. Казалось, навык являлся безранговым и не мог улучшаться. Однако, не смотря ни на что, умение эволюционировало. Отныне ментальный колосс не только способствовал передачи гигантских объемов информации, но и вообще фильтровал любые опасные для психики явления.
Подавлявшая сознание и мозг боль исчезла. Вернулась ясность мысли, пришло понимание надвигавшейся катастрофы. Нет, мозг не перестал умирать, но теперь Ан хоть мыслила связно.