– Зачем ты сообщила моему отцу? Зачем сказала ему, что я в полиции? Как мне, по-твоему, теперь перестать слушать его нотации? Как мне выйти из этого дома? Он ударил меня! Ударил, София! Тебя когда-нибудь бил отец?
Ромаль выхватил трубку и поднес к своему уху.
– Хватит ныть! Хоть раз подумай не о себе, а о своей девушке. Которая, кстати, находится со мной рядом. – Он снова отдал телефон Софии. Она ошарашено приложила его к уху, уже представляя гнев Иво.
– Алло, Иво, – прошептала она, – мне очень жаль, что так получилось с отцом, но ты тоже меня пойми, тебя надо было спасать.
– Кто со мной только что говорил? Это он, верно? Проклятый цыган? Передай, что я еще доберусь до него. Он заплатит за то, что сделал! Я его убью!
София обернулась к Ромалю, вспоминая о том, что он сделал, – набил Иво морду в тюрьме.
– Иво, – произнесла она безжизненно, продолжая смотреть на своего похитителя, – Ромаль похитил меня, как и обещал. Я у него в заложниках до тех пор, пока ты не отдашь 160 тысяч проклятых евро. Прошу тебя, найди машины или займи деньги, сделай хоть что-нибудь, но я не хочу здесь оставаться…
Ромаль выхватил у нее трубку.
– Ты слышал, парень? Она не хочет здесь оставаться, поэтому принеси мне 160 тысяч как можно быстрее. Как найдешь, звони.
Он отключил абонента и выключил телефон, запихивая его в задний карман брюк.
– Все, испуганная девушка, теперь мой дом станет на время твоим домом. – Он посмотрел на окно. – Там нет выхода. Снаружи мои люди. Но если даже ты убежишь, то не думаю, что тебе понравится гулять по цыганскому району.
Она потупила взгляд, даже не представляя, во что вляпалась.
– Я больше чем уверена, что Иво позвонит в полицию, – прошептала она.
– Иво и полиция как два одинаковых заряда. Они будут отталкиваться друг от друга. Но если вдруг случится чудо и сюда приедет полиция, – Ромаль задумался, слегка прищурившись, – то тебе наступит конец.
София тут же подняла глаза и удивленно посмотрела на него, но Ромаль лишь улыбнулся, поклонился и сделал шаг назад.
– Надеюсь, что этого не случится и у твоего пустоголового парня еще осталось граммов пятьдесят мозгов.
Он развернулся и пошел к двери, но, открыв ее, задержался.
– Ты можешь спокойно передвигаться по дому, только не выходи на улицу, иначе запру в комнате.
София схватила первое, что попало под руку (к сожалению, это оказалась подушка), и кинула в Ромаля.
– Я не выйду из этой комнаты до тех пор, пока Иво не принесет деньги.
Подушка попала в цыгана, но он даже не заметил этого. Надо было кидать вазу. София оглянулась, ища что-нибудь тяжелое, но ничего не было.
– Всего хорошего, буйная девушка, – попрощался с ней Ромаль и вышел из комнаты.
Но тут же вошла Ясмин с подносом в руках, на котором стояли две чашки с чаем.
Она бросила хмурый взгляд на брата и обратилась к Софии:
– Он обидел тебя?
София усмехнулась:
– Он похитил меня. Как ты думаешь, я обижена? Я зла!
Ясмин поставила поднос на небольшой столик и принялась расставлять чаши.
– Ты не против, если я выпью чай с тобой? Я тоже зла!
Гнев Софии тут же ослаб. Она опустилась на стул и жестом пригласила Ясмин сесть.