Чёрт, — я мотнул головой и наваждение пропало. — И то верно.
Да, прости...
Вот только помолчи, дай разобраться.
Внутренний голос постепенно затих. А вот в реальности к женскому пению присоединилась тихая музыка, столь же чарующая, сколь и песня.
Я неспешно двигался вперёд, в любой момент готовясь защищаться. Но это не потребовалось, так как пройдя несколько метров, увидел за вросшим в землю валуном очаровательную особу. Брюнетка сидела почти у самого входа в храм, который сейчас больше напоминал огромную пещеру, и играла на странном инструменте. Длинный гриф, круглый корпус и всего три струны. Но даже играя на них, можно было заворожить любого человека.
Любого, но уже не меня.
Кулак покрылся чёрной дымкой, когда я во весь рост предстал перед незнакомкой. Она замерла и вопросительно посмотрела на меня, будто давно ждала, но сейчас хочет получить ответ, почему я задержался.
— Госпожа, — я слегка поклонился, отчётливо понимая, что имею дело не с простым человеком, а с кем-то более мистической формы. — Прошу прощения, если побеспокоил, но я бы хотел пройти в храм.
Помолчи!
— Людям запрещено здесь появляться, — ответила она на чистом русском языке, чем несколько меня удивила. — Но я вижу в тебе силу, — кивнула на чёрную когтистую лапу. — Кто ты? И зачем явился в мой дом?
— Я пришёл сюда по просьбе Ито Тсукико. Он вместе с богиней Канон посетили меня и дали задание найти это место.
Сперва брюнетка удивлённо изогнула бровь, но через мгновение презрительно фыркнула.
— И ты думаешь, что я поверю, будто к жалкому человеку явилась богиня справедливости?
— Госпожа, я бы не хотел...
— Уходи, презренный! — внезапно рявкнула она, мигом вскочив на ноги. Её длинное тёмное кимоно опустилось, но едва закрыло стройные ножки.
Я поднял взгляд и невольно отступил на шаг. Длинные чёрные локоны незнакомки взвились в воздух и теперь хлестали по сторонам, словно живые.
— Я не позволю забрать моё сокровище!
И она бросилась в атаку. Потребовалось всего лишь пара секунд, чтобы спокойный и вежливый разговор перерос в бой насмерть. Да и сама красотка... перестала таковой являться. Её лицо исказила гримаса гнева, пасть распахнулась, чуть ли не до ушей, и наружу проступили острые клыки.
Возле самого моего носа хлестнули антрацитовые волосы, превратившиеся теперь в смертоносное оружие. Они застыли и слиплись, став острыми, подобно кинжалам. Но я легко ушёл от удара, отскочив назад. Женщина же не сдавалась и продолжала лупить волосами с неистовой силой. Мне приходилось уворачиваться и отбиваться дымными лапами.
Тень покрыла бо́льшую часть моего тела и почти что захлестнула полностью. Но в последний момент я решил не убивать незнакомку (мало ли какому богу она служит, вдруг мне потом за эту безумную помощницу голову оторвут?) и превратился в чёрную кляксу, рухнув ей под ноги. Миг, и я уже за спиной противницы, а она удивлённо пялится перед собой. Но стоило мне выпрямиться и обернуться, как рот безвольно распахнулся.
— Не знаю, — только и смог выдавить я.