Кристофер Робин: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Я даже не стала утруждаться, – сказала Эвелин, а потом развернулась, зашла в кухню и захлопнула за собой дверь.

Кристофер так и стоял в прихожей, в недоумении глядя на чемоданы. Это звенящее, холодное равнодушие жены прозвучало громче всего того, что она сказала за ужином, и ударило больнее, чем любой из её возможных упрёков.

Что же с ними стало? Почему и когда это произошло? Раньше они во всём находили радость. Тогда он мог рассказать Эвелин о чём угодно, он бы поведал ей о том, что творится у него на душе, поделился бы своими опасениями за его подопечных. А сейчас?

Сейчас в их разговорах не было доверия, не было тепла. И Кристофер признавал, что всё это его вина. Эвелин была доброй, терпеливой, удивительной женщиной, и он знал, что она любит его. Но он настолько отдалился от неё. Как же теперь сократить эту бесконечную пропасть между ними?

«А что, если я не смогу её вернуть? Что, если она права? Что, если я и правда разучился радоваться?»

И с этими тяжёлыми мыслями Кристофер отправился в спальню.

Той ночью Кристофер дурно спал. Он всё ворочался с боку на бок, перед глазами мелькали странные картинки, а в голове вспыхивали путаные воспоминания. Время от времени он вскрикивал сквозь сон. Ему снился сырой, мрачный лес, а сквозь густой, окутавший деревья и застилающий землю туман проглядывали едва различимые силуэты медведей, кроликов, ослов и поросят.

Кристофер проснулся в холодном поту и повернулся на другой бок. Но вторая сторона кровати была пуста. Сквозь шторы пробивались первые слабые солнечные лучи. Вот и настал новый день. Он услышал, как внизу открывается дверь.

Голос дочери смешивался с голосом жены. Они были готовы к отъезду.

Сбросив с себя одеяло, Кристофер запрыгнул в рабочий костюм и побежал вниз по лестнице. Как он и полагал, входная дверь была открыта. Во дворе стояла машина. Вещи Мадлен и Эвелин были уже сложены в багажник, а они стояли в гостиной и едва удостоили Кристофера взглядом.

– Что ж, – сконфуженно сказал он. – Хорошей поездки.

Он наклонился, чтобы обнять Мадлен, но та даже не шелохнулась, поэтому он просто клюнул её в щёчку и легонько похлопал по спине.

Малышка кивнула и направилась к выходу. Но вдруг замерла, развернулась и вручила ему сложенный лист бумаги.

– Мне очень нравится этот твой рисунок, – ласково сказала она. – Может, повесишь его к моим?

Кристофер кивнул, она слабо улыбнулась и вышла во двор.

Эвелин подождала, когда она выйдет, и одарила его своим быстрым, холодным «пока». Он вдруг подумал, что этот беглый поцелуй в щёку и лёгкое похлопывание по спине без намёка на теплоту, были ни чем иным, как молчаливым наказанием за его собственное горе-прощание, за его собственное горе-всё. Не проронив больше ни слова, Эвелин покинула дом. Кристофер вышел вслед за ними. Он наблюдал за тем, как они сели в машину и уехали.

– Мне так жаль, – пробормотал он и поднял на прощание руку.

Но было уже слишком поздно. Никакое «прости» или «жаль» не вернёт ему выходных с семьёй. Он тяжело вздохнул, повернулся и пошёл обратно в дом. Зайдя в кухню, Кристофер водрузил на столешницу свой портфель.

На плите засвистел чайник, и Кристофер на автомате заварил себе чашку чая. Затем он – разумеется, эффективно – раскрыл портфель и проверил, там ли всё необходимое. Он вынул из кармана рисунок, который отдала ему Мадлен, и развернул его. К удивлению Кристофера, с потёртого листа бумаги на него глядел его старый верный друг – Медвежонок Винни.

Кристофер вздрогнул: на него вдруг снова нахлынуло туманное наваждение его сна. По рукам побежали мурашки. Он много лет не вспоминал про мишку. А теперь, когда он смотрел на рисунок, казалось, что он слышит его голос, чувствует запах Зачарованного леса. Сам того не заметив, он расплылся в улыбке...

А потом в прихожей громко прогремели дедушкины часы. Кристофер испугался, и улыбка исчезла с его лица. Он убрал рисунок обратно в карман, схватил портфель и ринулся к выходу, задев по дороге стол. На бок упала маленькая баночка мёда: Мадлен ела его на завтрак. Но Кристофер в спешке ничего не заметил и, вылетев из дома, захлопнул за собой дверь.

От удара дом содрогнулся, баночка закрутилась. Липкое золото мёда стало заливать деревянный стол, а затем и рисунок с медвежонком. А через мгновение баночка и вовсе свалилась на пол. Звон бьющегося стекла нарушил тишину опустевшего дома...

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Ворча, бурча и сопя, Винни проснулся. Его красный ночной колпачок съехал набок, и мишка медленно открыл глазки-пуговки. А когда он окончательно отошёл ото сна, то сладко и протяжно потянулся – такое было чувство, словно он проспал несколько лет. Винни потянулся: в уютной постельке было так тепло и хорошо!

Он поднялся и потянул носом воздух. Пахло чем-то очень-очень вкусным.

– М-м-м-м-м, – сказал медвежонок. – Мёд.

Сладкий аромат выманил его из кроватки, и он пошлёпал к столику в дальнем углу комнаты. Отражение Винни мелькнуло в большом зеркале. Он вытянул шею и посмотрел на свой всклокоченный мех и покосившийся колпак, потом, разглаживая мех, нахмурился. Что-то было не так.

Его одолевало смутное смятение. Даже сильнее обычного.

– Я забыл, что хотел сделать, – сказал Винни и посмотрел по сторонам. А когда на глаза ему попался буфет, медвежонок просиял и радостно воскликнул: – Ах да! Пора себя проголодать испытанием на прочность.

Он наклонился и стал тянуть передние лапки к задним. Затем поднялся и повторил упражнение ещё раз, попутно напевая себе под нос песенку: