— А ты сможешь? — на нихонском же спросил Морита.
Дик поднял на него глаза и просто ответил:
— Я постараюсь.
После ментальной атаки Дик все время был «на взводе» и ожидал всяческих неприятностей. Ему казалось, что его молодость и неопытность словно притягивают несчастья, и когда некоторое время все шло гладко, он даже забеспокоился, хоть и понимал что беспокойство это — страшная глупость.
За время его «отсутствия» ничего страшного на корабле не произошло, и, проведя быструю инспекцию, Дик убедился, что гемы прекрасно со всем справились. Он прекратил контролировать их на каждом шагу, успокоился и начал более разумно распределять свое и их время, отводя на вахты себе немногим больше, чем им.
Однако ощущение смутной, но неотвратимой опасности изводило его, и когда он, надев и активировав наношлем, «прощупал» пространство и обнаружил, что дискретная зона еще далеко и полет займет время на пятнадцать часов больше расчетного, он вздохнул почти с облегчением.
Итак, его расчеты скорости и времени оказались неверны. Часть этого списывалась, конечно, на то, что после ментальной атаки на пилота корабль некоторое время шел со скоростью больше расчетной и не начинал торможения, другая часть — на то отклонение от курса, которое допустил Том, но с учетом того и другого пятнадцати часов все равно не получалось.
— Да брось ты, — махнула рукой Бет. — С кем не бывает.
Он заметил, что она, похоже, слегка рада тому, что опасное мероприятие — прыжок — откладывается больше чем на половину суток.
— Ты не понимаешь, — сказал он. — Сегодня я ошибусь в расчетах скорости на пятнадцать часов, а завтра — расчете курса на пятнадцать градусов? И где мы будем?
— А где? — полюбопытствовала Бет.
Дик протянул ей обруч сантора и опустил визор на ее глаза. Теперь она видела ту же виртуальную картинку, что и он. Конфигурационная карта сектора Кентавра заполнила рубку. Дискретные зоны были залиты синей дымкой.
— Смотри, — он показал пальцем вверх, направо и вперед. — Здесь есть три дискретные зоны. Вроде как окошки в пространстве, шедайин еще говорят — гравитационные туннели. Если войти в них на скорости в треть световой, то мы войдем, как говорят шедайин, в нитмеаннар. Это вдвое-втрое скоротит путь, но все равно это будет несколько месяцев. А в пилотском шлеме получается несколько минут, потому что мы каким-то способом вроде как находим самый короткий путь в межпространстве. Но если трети световой скорости тут не будет, нас снесет в сторону, вдоль кромки дискретной зоны, мы ее даже и не заметим, потому что простым глазом она не видна. В древности разгон занимал несколько месяцев.
— А потом пилот раз — и за несколько минут все делал?
— Да, потом — раз…
— Капитан, — сказал Рэй, показывая на мигающий экран внешней связи. — Кто-то нас вызывает.
Дик чертыхнулся про себя за то, что не обратил внимания на слабо мигающую в углу экрана сигнатуру чужого корабля. Впрочем, она возникла только что — сигнал обогнал сигнатуру корабля. Но это значило, что системы наблюдения на том корабле более совершенны, чем даже на «Паломнике». И сигнатура того корабля была какой-то странной.
— Он только что вышел из дискретной зоны, — сказал Дик, включая прием. — Ой, нет… Из нитмеаннара…
— Это шедайин? — спросила Бет, но тут видеопанель замерцала и лучи соткали над ней лицо и плечи светловолосой шеэдайн.
— Ветвь Тенна’эра пролагает путь к новому дому, — сказала она. — Наш корабль называется “Ш’энандукамман”, “Голос реки”. Я — Тауннадаррийя Ваайю уайшаад Мария, девятый страж этого нитменна.
Она говорила на хорошей, классической латыни, но, как и Дик, обозначала “л” коротким ударом языка по деснам, если оно стояло в середине слова, или произносила вместо него “й”, если оно стояло в конце — “корабй”.
Дик коротко прокашлялся и пригладил волосы ладонью.
— Охотник за эметтуррайин идет к Парадизо. То есть, к Омеге Скорпиона. Наш лонг называется «Паломник», я — Суна Ри’шаард, капитан. У меня известие для ветви Даррина, о Диорране, сын Даррина.
— Диорране Орриуринэйу? — удивилась шеэдайн. Удивление она выдала только движением брови, но Дик научился разбираться в мимике Майлза, а тот был куда сдержанней.
— Да.
— Мы здесь не рады слышать имя Диоррана Реона, но говори. Мы передадим весть.
— Диорран Ариор Орриуринэйу Реон Майлз Кристи погиб, охотясь на эметтуррана.
— Когда это случилось?
— Семь суток туата назад.
— Как это произошло?