— Освободи его.
— Не хочу, — Моро вновь провел по стене рукой, и лицо Джека снова скрылось под… чем? Что это за материал? Дик попытался пронзить его пальцами, но там, где стена только что легко разомкнулась, теперь она была упругой, как плотный человеческий мускул.
— С Джеком все будет в порядке, он провел так уже несколько часов и может провести, если с кораблем ничего не случится, несколько лет. А если случится, Сабатон выведет мальчика из нейростазиса, верно?
— Так точно, — отозвался бесполый голос.
— Отпусти Джека, — Дик привычно взнуздывал пробуждающийся гнев. Моро находится в своем корабле и может считать себя хозяином положения, но на то, чтоб выпустить ему кишки, нужна доля секунды — посмотрим, что успеет этот хваленый Сабатон.
— Ну убьешь ты меня, — Моро поднял руки. — Думаешь, Сабатон выпустит мальчика? Нет, сейчас он слушается только моих приказов. Убей меня — и Джек останется здесь замурованным… я не люблю слово «навсегда», так что переформулирую: до конца своих дней. У тебя есть только один выход: проследовать за мной в рубку, лечь в интеграционное кресло и получить контроль над Сабатоном и кораблем. После чего ты выпустишь Джека и отправишься с ним… куда пожелаешь. И я настоятельно рекомендую — домой.
— А что будет с тобой?
— Ты меня убьешь.
Вот так и продают душу дьяволу, понял Дик. Вот так это и с ним самим, наверное, произошло. Не тогда, когда сломленный пленник согласился служить пленителям и даже полюбил одного из них. И даже не тогда, когда любимый погиб. А когда друзьям понадобилась помощь, отчаянно понадобилась — но искалеченное тело ничем не могло им помочь. А путь к спасению лежал через маленького клона.
Вот так Лесан и погиб.
— Не сопротивляйся, — Моро откинулся назад, и его тело тут же подхватил выросший прямо из пола протуберанец, трансформировался в удобное ложе. — Ты уже понимаешь, что я предлагаю лучший выход. Решение всех проблем одним махом. Берешь Джека, летишь прямо к лорду Якобу, подносишь ему Картаго на блюдечке. Заключаешь договор, который будет выгоден твоим приятелям-планетникам, Шнайдер поднимает зад и летит с Крылом к Инаре, Остальные получают оккупационный режим и доступ к галактическим рынкам. Никто в Империи не посмеет вякнуть о дезинтеграции дома Рива после того как ты, мученик Сунагиси, получишь у Императора прощение для них. Я предлагал тебе это раньше, но понял, что придется тебя заставить.
— Если ты надумал предать Рива, — глухо проговорил Дик, — то почему так поздно?
— Это не я надумал их предать, — рот Мориты на миг расплылся. — Это они меня предали. Золотой наш мальчик Шнайдер ни словом не возразил, когда мне вручили Черную Карту. И ни словом не возразил вчера, когда меня объявили вне закона и сказали Шастару и компании этих нелепых мстителей «ату!».
— Но кто-то же тебя предупредил.
Моро пожал плечами.
— Керет. Хороший мальчик, правда? Мне даже жаль, что фрей Элисабет достанется ему. Он не заслужил.
Дик лишь несколько секунд спустя сообразил, что он говорит об Императоре.
Голос появился тоже не сразу.
— Веди. Где там твоя… рубка или что там?
— Пока я император и Солнце Вавилона, вы не будете на меня орать!
Бет испытывала двойственные чувства: с одной стороны, ей хотелось аплодировать Керету, который наконец-то решился напомнить дяде, кто тут император. С другой стороны, дядя имел все основания на Керета наорать: тот предупредил Моро, что за его головой отправились. И страшно даже подумать, что может сделать чокнутый синоби с заложниками, чтобы избежать обвинения в удержании государевых пленников. Бросит тела в дезинтегратор и руками разведет: какие такие пленники? Не знаю никаких пленников.
Страх за маму и Джека перевесил: Бет приняла сторону дяди.
— Я прошу прощения у Государя за свою несдержанность, — теперь тон Шнайдера был так сух, что, казалось, царапал горло. — Но мне было не легче принять это решение, чем вам о нем услышать. И без веских причин я бы его никогда не принял.
— Это вам они кажутся вескими. Вам, а не мне. То, что от него сбежал пленник — ничего не значащая мелочь! Пленнику все равно некуда бежать, он все равно не смог бы улететь с Картаго!
— Ошибаетесь, Государь, — как у него получается произносить слово «Государь» с большой буквы? — Если бы не бдительность синоби, лорд Мак-Интайр очень быстро покинул бы планету. Собственно говоря, пилот был первым человеком, с кем он установил контакт.
— Тогда почему вы предлагаете казнить Лесана, а не предателя?
— Потому что пилот нас пока не предавал, и теперь уже не предаст, его контролируют и синоби, и Сога. А вот Лесан не убил того, кого ему было поручено убить.
— Ли дала ему это поручение, прекрасно зная, что он не сможет, чтобы погубить его!
— И, тем не менее, он поручения не выполнил. Не ликвидировал убийцу Лорел.
— Как ты смеешь попрекать его этим? — Керет подался вперед. — Ты сам хотел помиловать убийцу Лорел! Ты искал поводы к этому, хотя моя воля была высказана ясно. И теперь ты утверждаешь приговор Лесану?