И тогда он отчаянно атаковал, не зная, чего желает больше — победить или погибнуть сразу.
Доселе он не убивал, и когда из шеи соперника ударила кровь — Дик был удивлен не меньше Эспады. Но не потрясен — потому что чужие смерти он уже видел сегодня, а Эспада собственную видел впервые.
Пират упал на галерею, почти на руки женщины. Та сбросила шлем и схватилась было за аптечку — но поняла: поздно.
— Ах ты гаденыш, — сказала она механическим голосом и подняла свой плазменник. Дик вскинул орриу в прощальном салюте — он находился на адреналиновом пике, на грани экстаза, когда страха уже почти нет, потому что предел страху уже испытан…
Голова Джунэ Коюги мотнулась справа налево, на виске взорвался алый цветок, брызнув осколками кости — и ее выстрел ушел в пустоту, а Дик остался стоять на балюстраде, целый и невредимый.
Моро опустил пулевик.
— Я же приказал брать живым. Что было неясно?
— Он зарубил Эспаду! — сказал Сканк.
— Не нужно было лезть под меч, — Моро посмотрел Дику в глаза и сказал, как будто ему одному: — Идиоты.
А потом бросил что-то через голову Дика, во двор.
Импульсная граната взорвалась за спиной мальчика и швырнула его на галерею — точнее, через галерею, прямо в стену. Дик впечатался в нее всем — и лицом, и грудью, и ногами — и шмякнулся на пол, в стеклянное крошево со снегом вперемешку, раскинув руки-ноги иероглифом «большой». Флорд выпал из его ладони, в глазах померкло.
— Скажи «прощай», сынок… — мерзким голосом проблеял Джориан. Дик почувствовал прикосновение рабского обруча ко лбу — и закричал.
— Нейгал мертв, — сказала Кассандра, когда смолк захлебывающийся крик старика. — Это хороший нож. Ваши дети ничего не почувствуют. Или вы хотите, чтобы я это сделала за вас?
— Касси, — простонала Констанс. Ей тоже было очень плохо. Она пыталась ощупью, на голос, найти Кассандру — но в голове звенело, да и гемские женщины плакали кругом. Хоть бы глоток воздуха… Хоть бы лучик света…
— Касси, так… нельзя… Еще не все… кончено…
— Для меня — все. Если в вас осталась хоть капля чести, вы последуете моему примеру, чтобы они не моги наложить на вас руки. Чтобы Эктор умер не зря.
«Что вы с ним цацкаетесь?» — прокричал Джориан где-то далеко. — «Берите его!» — «Да!» — ответил срывающийся, ломкий голос Дика. — «Идите и берите».
— Он еще сражается, Касси, — сказала Констанс. — Мальчик сражается.
— Это никому не нужно Он приносит только несчастье.
— Касси!
Звук тупого удара… Хрип…
Звук падения тела на пол.
— Касси…
А потом оттуда, где закончилась битва, донесся вопль. Страшный, человеческий — не крик страха, не крик боли, а крик самой души, которая рвется наружу из плененного тела.
Это кричал Дик — и это было последнее, что Констанс услышала, теряя сознание.
— В доме четырнадцать гемов, — доложил Джориану Сканк. — Из них только трое молодых и четверо спецов. Остальные — сервы, старичье.
Джориан выругался. Джунэ и Рио, Мело-старший и Ньют убиты, Шин серьезно ранен, Джаргал страшно зашибся, когда Морлок с бросил его в пропасть, и у всех безобразно повреждены кидо. И каков итог? Жалкий итог. Остается надеяться только на выкуп…
— Все равно, — сказал он. — С паршивой овцы хоть шерсти клок. Гоните их на катер.
Гемов привели в себя инъекцией антидота, разбили попарно и заставили нести убитых. Мело-младший и Сканк грабили манор перед тем, как начинить его термитом и спалить. Джориан мимоходом прикрыл глаза мертвой Джунэ. Проклятый Морита и проклятый его щенок! «Ты не восхищаешься им, Джориан? Он один стоял против пятерых. Неужели ты не способен это оценить?» Способен, еще как способен. Я бы его так оценил… Я бы его привязал за собственные его кишки и потащил за глайдером — если бы не ты с твоим трижды проклятым сэтто.
Войдя в кабину катера, он на мог встретился взглядом с Моро.