Гармония клинка и струн: читать начало книги онлайн

Только сейчас Джингшен вспомнил, что до сих пор не нашёл место для ночлега. Он сжал зубы и попросил:

— Подождите! Вы не знаете, где в городе ближайшая гостиница?

Энлэй сосредоточенно нахмурился.

— В западном квартале. Почти все гостиницы находятся там.

— Мне нужно идти через весь город? — Джингшен схватился за поверхность стола и приподнялся на стуле. — Ну почему? — застонал он. — Пока я дойду, перевалит за полночь, а сил совсем нет. Может переночевать в каком-нибудь саду? Погода ещё тёплая.

Музыкант поджал губы и задумался.

— Вы можете переночевать у меня. Я живу неподалеку, на восточном берегу. Это лучше, чем сад, но хуже, чем постоялый двор. Мой дом… очень скромен.

— Спасибо, — выдохнул Джи, счастливо улыбнувшись. — Надеюсь, кровать в вашем доме мягче, чем койка на корабле.

— Никогда не плавал на корабле, но думаю, что да, — усмехнулся Энлэй.

Джингшен заплатил за чай, пока Энлэй разговаривал о чём-то с хозяином чайного дома. Должно быть, он получил плату за своё выступление.

Когда они вышли на улицу, время давно перевалило за час Свиньи9. Фонарики слегка покачивались на ветру, отбрасывая на лица юношей малиновые отсветы. Энлэй сжал свою цитру и, подав знак Джи, повернул направо. Стук их обуви — кожаных сапог и черных тканевых туфель — эхом отражался от стен домов затихшего города. Была середина недели, на следующий день горожанам снова нужно было рано вставать: ловить рыбу, торговать на рынке, обслуживать доки. Юношам встретились только несколько задержавшихся в чайном квартале гуляк.

Вскоре они подошли к длинной террасе, по бокам которой росли деревья. Листья сверкали в свете полной луны, напоминая россыпь серебряных монет. Перейдя пару улочек, юноши вышли к окраине Денлуна. Квартал закончился высокими воротами, украшенной резьбой в виде птиц. За ними спускалась к берегу каменная лестница.

Преодолев последние ступени, слегка запыхавшиеся юноши оказались на поросшей травой площадке, чуть дальше были видны песчаный пляж и небольшая хижина.

— Это ваш дом? — спросил Джи, когда до него оставалась несколько десятков шагов. Луна светила путникам в глаза, из-за чего здание, скрытое в тени, было трудно разглядеть. Песок вперемешку с мелкой галькой шуршал у них под ногами.

— Да, — кивнул Энлэй. В ночном свете он казался ещё бледнее. — Когда придём, придумаем, где уложить вас спать. Будете чай?

— Конечно! А есть… — Джингшен запнулся и удивленно уставился на лачугу с соломенной крышей. Окна и дверь немного покосились, а одна из досок отвалилась. Её хозяин прислонил к боковой стене. Даже в темное время суток можно было заметить, что дерево совсем старое.

— Что? — спросил Энлэй, прикрыв веки. — Я предупреждал, что мой дом хуже гостиницы. Зато я не возьму с вас денег за ночлег. Не делайте поспешных выводов, внутри уютнее, чем снаружи.

— Всё хорошо, — нервно засмеялся Джингшен. — Почему такой талантливый музыкант как вы живёт в таком месте?

Энлэй насупился.

— Я приехал в Денлун в начале весны. Первое время было трудно договориться выступать в чайных домах, приходилось играть на площади и возле рынка, как попрошайка… У меня почти не осталось денег, те, что я тратил, уходили на еду и достойную одежду, — он встряхнул длинным рукавом. — Сейчас я пытаюсь накопить деньги на самый дешёвый дом в городе. Но, чтобы заработать на него, понадобится много лет. Временно я живу в этой заброшенной хижине. До меня в ней жил старый, бездетный рыбак, и после его смерти дом пустует. Никто не знает, что теперь здесь проживаю я. И хорошо, — Энлэй перешёл на шёпот. — Никто налоги не приходит собирать.

Джингшен, сбитый с толку рассказом музыканта, последовал за ним внутрь. Дом состоял из двух комнат: в одной находилась кухня с очагом и маленьким низким столиком, а в другой широкая кровать и шкаф. Украшения, картины и ширмы, к которым привык Джи в доме Ло Фэй, отсутствовали. Фонарь заменяла единственная зажжённая Энлэем тощая свеча. Тень от пламени колыхалась и плясала на деревянных досках.

— Как же вы будете жить здесь зимой? Не замёрзнете? — с тревогой спросил Джи, бросая свой мешок на пол спальни. — И где ваши родители?

— Я заранее купил тёплую одежду и одеяла. А родители… — Энлэй, стоявший в проходе спиной к Джингшену, помолчал некоторое время. — Остались в Анли. Я зарабатываю себе на жизнь один. Пойду, вскипячу воды и сделаю чай, — сбивчиво, словно торопясь, добавил он.

Юноша ушёл, оставив Джингшена сидеть в полумраке комнаты. Окно спальни выходило на холмы, возвышающиеся за городом, и склоны горы Дракона.

У Джингшена было много вопросов к музыканту, который любезно приютил его. Но тон Энлэя явно намекал на то, что он не хочет затрагивать некоторые темы. Почему талантливый молодой человек уехал из своего родного города, где он тоже мог бы заработать и где у него есть семья и дом? Почему он предпочитает жить в бедности и одиночестве в разваливающейся хижине на берегу моря? Что привело к этому?

Пока Джи размышлял, с кухни послышался голос Энлэя:

— Идите сюда, пора подкрепиться.

На столе стояли две глиняные чаши, засохшая лепёшка и пара яблок. Джингшен сел на покрытую слоем пыли соломенную циновку и посмотрел на юношу напротив. Свеча отбрасывала тень на его лицо. Сейчас, когда они находились не в изысканно обставленном зале чайной, а в деревянной хижине, и было слышно только, как тихо шумят волны и кричит какая-то ночная птица, Энлэй выглядел уставшим и одиноким, а не вдохновленным. В обычный жизни, вне выступлений, он снимал свою сценическую маску.

— Держите, — Энлэй подтолкнул к нему чашу. — Обычный зеленый чай.

Джингшен сделал глоток и почувствовал горьковатый вкус трав. Сердце его сжималось при мыслях о новом знакомом. Ему казалось несправедливым, что такой вежливый, способный юноша вынужден по неизвестным причинам жить в старом доме и питаться дешёвой едой.

[9] Час Свиньи — время с 21:00 до 23:00.