— Полагаю ты права.
— Отвечая на ваш вопрос: я считаю, что нам необходимо избавиться от тела и не ставить никого об этом в известность. Умер господин, да и черт с ним, — неожиданно добавила Альбина.
— Значит нужна негашенная известь… — задумчиво протянул я.
— Зачем, Дмитрий Сергеевич?
— Свиной фермы у нас поблизости нет, жечь его тоже негде, поэтому придется растворять в кислоте, а перед этим тело необходимо… обезвожить, осушить, не знаю как правильно сказать. Негашеная известь для этого вполне подходит.
Снова проявились знания из прошлой жизни; и впервые я подумал, что может быть ну его — эти воспоминания. Не жил с памятью о прошлом, нечего и начинать. Сантехник, значит сантехник — просто эрудированный.
— Дмитрий Сергеевич, не стоит так усложнять, — вдруг доверительно сообщила Альбина. — Мы просто можем закинуть тело в дестрактор. Вжух, и как будто не было.
— О как.
— Да, все просто.
— Так, стой. А там разве не стоит система распознавания отходов? Ну, я имею в виду, что если бы все было так просто, то ведь это же какой простор для криминала?
— Вы правы, Дмитрий Сергеевич. Действительно, у некоторых подданных и граждан ниже вас в табели о рангах, а тем более в реестровых классах гражданской сословной ведомости, на дестракторах стоит система опознавания, так что попытка избавиться от человеческого биоматериала станет предметом разбирательства. Но у вас же, как у владеющего даром, подобных ограничений нет.
— Ясно. Но господин Хиро в окно дестрактора не пролезет…
— Целиком не пролезет, Дмитрий Сергеевич.
Как будто и не уезжал из Питера — мелькнула разблокированным воспоминанием мысль из прошлой жизни. Так. Я, получается, из города на Неве? Все, не вспомнить больше ничего. Не вспомнить по теме, потому что в воспоминаниях вдруг прозвучал саркастически-гнусавый голос:
«Если вы собираетесь таскать труп одним куском, у вас всегда будут проблемы. Лучшее, что можно с ним сделать — это расчленить его на шесть кусков и сложить их горкой. А когда вы расчлените его на шесть кусков, вот тогда можно от него избавляться. Только не надо прятать куски в холодильник, чтобы маму не напугать».
— Дмитрий Сергеевич?
— Ась?
— Когда мы полностью отправим господина Хиро в последний путь, можно вызвать ротмистра Соколова. Вы сформулируете претензию, что люди ротмистра пропустили мимо своего внимания попытавшегося причинить вам вред недоброжелателя, а куда он потом исчез — не скажете. И ротмистр Соколов соучастником не будет, и меры безопасности будут повышены.
— Хорошо, так и поступим.
— Давайте я подскажу вам, какие инструменты лучше напечатать в прет-а-порте принтере, дабы минимизировать трудозатраты при разделке. И не вызвать подозрение списком заказанного инвентаря, если все же будет начало разбирательство по факту входа и отсутствия выхода из дома господином Хиро.
— Альбин, знаешь что…
— Что, Дмитрий Сергеевич?
— Я тут подумал… можешь называть меня шеф. В экстренной ситуации переходи на «ты» и используй ускорение коммуникации путем сокращения количества букв в словах.
— Принято, Дмитрий Сергеевич.
— Теперь расскажи, как мне передать тебе контроль над домом, а потом займемся уборкой.
Глава 13
Устранение последствий неожиданного появления опекуна заняло больше трех часов. Происходящее мне удовольствия не доставляло, но и не вызывало отторжения. Грязная работа, которую нужно выполнить просто потому, что больше кроме тебя некому. Воспоминания об этом точно не будут проходить в разряде приятных, но почему-то кажется, что и сниться мне это не будет.
Все когда-нибудь заканчивается, закончился и крайне неприятный процесс уборки. И сейчас проходил последний акт Le ballet de la Merlaison, Мерлезонского балета: вместе с ротмистром Соколовым мы сейчас стояли у окошка приемника дестрактора. Наоми тоже была здесь — прислонилась к стене неподалеку и облизывала леденец на палочке.
Выглядела сестра совершенно беззаботно, но по некоторым признакам отмечал, что она серьезно нервничает. От разделки опекуна я ее конечно избавил, но все равно то, как он вскрылся на наших глазах, стало для девушки шоком. Поэтому сейчас, своим агрессивным спокойствием, мне кажется она клин клином вышибала, причем возможно даже делая это неосознанно.
Ротмистр, которого вызвала Альбина, получив доступ к управлению домом и системам связи, смотрел на меня вполне обычными глазами. Его глазные импланты сейчас не отсвечивали ярко зеленым отсветом. Как фамильяр объяснила, отправляя приглашение ротмистру она убедительно попросила перед пересечением порога дома покинуть тактическую сеть отряда и не фиксировать происходящее. Или же в ином случае просто не приходить, проигнорировав приглашение.