Райдзин. Проект "Цербер" (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да, интересная тенденция, — согласился со мной Велльсгаузен.

Мое «воу», правда, относилось больше к глазным имплантам. Нет, я понимаю — зуб, но глаз себе заменить на искусственный? Хотя все бойцы, которые меня освобождали в Познани, были именно с такими — здесь, в этом мире, похоже это в порядке вещей. Кроме того, в памяти всплыли слова Модеста Петровича, который равнял одной планкой боевые возможности Наоми как оборотня и среднего, усиленного имплантами и аугментациями бойца. Какой удивительный новый мир.

—…Способ общения с фамильяром первично голосовой, но ваша маска ви-блокиратор техномагическая, так что после некоторой тренировки в общении с фамильяром вам будет доступна мыслеречь.

Ах какое удивительное дело — мысленно выдал я. Хотел покрепче словом и эмоцией выразиться, но сдержался.

— Воу, — только и произнес я снова.

— Не могу не согласиться, — кивнул Велльсгаузен. — Техномагические функции личного терминала в связке с фамильяром искусственного интеллекта совсем недавно появились в общем обиходе, и это удивительно даже для меня, хотя в отличие от вас я не терял памяти. Прогресс не стоит на месте, — пожал плечами Велльсгаузен, после чего показал на столешницу: — Ну и последнее, ваши перстни.

— Тоже техномагия?

— Нет, просто магия, — усмехнулся собеседник. — У каждого владеющего даром есть свой личный перстень, также как у каждого гражданина — свой личный терминал. Вы оба уже прошли стихийную активацию силы, и относительно скоро каждого из вас ждет ритуал инициации Источника. После инициации, и после создания филактерия души эти перстни станут неотъемлемой частью вашего тела и души. Вижу-вижу у вас много вопросов, но это широкая тема, узнаете обо всем в своем время.

— А как быть с удостоверениями личности?

— Вам они не нужны.

— Почему?

— Вы оба уже состоите в реестре владеющих даром Российской Конфедерации. Дополненная реальность сотрудников полицейских служб и надзорных органов Конфедерации не будет отображать ваших персональных данных, но наличие записей в реестре покажет, для идентификации и подтверждения сословных прав этого везде будет достаточно.

— Простите, вы сказали… сословные права?

— Да. Вы оба — владеющие, и вы неподсудны законам общей юрисдикции Российской Конфедерации. Ни одна автоматическая система слежения не будет показывать в записи ваше лицо, вместо него будет лишь размытое пятно. Также ни одна система идентификации любого гражданина в дополненной реальности не покажет о вас даже полицейским никаких сведений, кроме принадлежности к владеющим даром.

Вот это неожиданно. Новый мир выглядит все чудесатее и чудесатее.

В этот момент раздался звук оповещения. Велльсгаузен отвлекся, достал небольшой планшет и глянув на меня, кивнул:

— Наконец-то от федералов пришло подтверждение о подтверждении вашего гражданства. Проверьте, пожалуйста.

Когда я приложил палец к темному кружку на запястье, увидел загоревшийся на ладони проекции текст сообщения о том, что мне открыт доступ в личную директорию гражданина Российской Конфедерации. Надо же, наконец-то. На экране между тем высветилось безальтернативное — без возможности иных функций, предложение в первую очередь настроить управляющего-фамильяра.

Глядя на экран на ладони, я вдруг ярко почувствовал чужое удивление и даже смятение. Подняв взгляд увидел, как Велльсгаузен крайне озадаченно смотрит в свой планшет. Увиденное его явно озадачило. А я ведь знаю, что его там озадачило: таблетка личного терминала ведь не синхронизировалась и не интегрировалась с маской и моим энергетическим каркасом должным образом.

Похоже, сопряжение маски Ви-блокатора и таблетки личного терминала должна была обеспечить полный… если не контроль, то хотя бы отслеживание меня и функций моего организма. Очень уж ядовитый плющ фиолетовой паутинки плотно мой энергетический каркас оплетал. Но, парам-пам-пам, ничего у ребят не сработало.

Я-то знал почему так произошло, помнил холодный пот на висках и появление призрачного Альтер-эго, а вот собеседник об этом даже не догадывался. Велльсгаузен явно находился в раздумьях. Наверняка думал, что делать — или продолжать беседу как ни в чем не бывало, либо же менять мне таблетку терминала.

В принципе, желание полностью отслеживать мою персону, местонахождение и состояние, понятно. Я — дитя отторгнутых высшим обществом родителей, последние годы прожил в Польше. Что у меня на уме, никому не ведомо — может меня завербовали и перевербовали уже несколько раз.

Каждый владеющий даром это актив государства, а меня похоже — потенциалом, если судя по движению вокруг, и вовсе можно сравнить с ядерной бомбой, причем это сравнение определенно не будет далеко от истины. Только вот этой потенциальной ядерной бомбе — обеспечивающей в перспективе защитный паритет государства, предстоит учиться в школе и ходить по обычным улицам.

Ясен красен государевы люди хотят такую ходячую «бонбу» максимально контролировать. Нет, понятно, что я — старый-новый я, пусть даже без памяти, не могу себе представить жизнь во вред российскому государству, в любой его ипостаси, тем более выступать на стороне противников. Но ведь Третье отделение сейчас не со мной имеет дело, а с Дмитрием Новицким с определенным анамнезом, и что по нему в отчетах аналитиков — мне неведомо.

В серьезных организациях даже на воду обычно дуют: «Сегодня он танцует джаз, а завтра Родину продаст». Реципиент же вообще недавно сестру родную продал, понятно, что с таким раскладом благонадежным он точно числиться не будет.

И мне сейчас было крайне интересно, что предпримет Велльсгаузен. Похоже, наш куратор принял решение делать вид что ничего не произошло — наконец-то он справился с замешательством.

— Если вы положите палец на нижний край экрана и поведете вверх, увидите функцию экстренного вызова. В стандартном личном терминале эта функция связывает вас с экстренными службами, для вас же ее активация будет означать отправку сигнала бедствия отряду ротмистра Соколова. Имейте это ввиду, и используйте данную функцию в экстренных ситуация. Так, Дмитрий Сергеевич, — сменил вдруг резко тон Велльсгаузен. — Все работает, пора заканчивать нашу беседу. Да-да, я понимаю, что у вас много вопросов, особенно учитывая обстоятельства, но на эти вопросы вам ответит личный фамильяр, после того как вы его настроите — уровень доступа у него самый высокий. Теперь разрешите мне проводить вас обоих до машины. Полагаю, что вы утомились с дороги и вам необходимо отдохнуть, как можно скорее оказавшись дома.

А четко он все сделал: похоже, наш столь резко сворачивающий беседу куратор решил перенаправить вопрос неправильно настроившегося терминала как можно скорее от себя. Правильно делает — в любой корпоративной разборке кто последний в цепочке писем на момент поступления проблемы к самому главному, тот и виноват. Вот только у Велльсгаузена свои интересы, у меня свои, так что сразу заканчивать беседу я пока был не готов. Тем более что этот господин темнотой взгляда не пугает, как недавно Модест Петрович.

— Игорь Николаевич, у меня есть пара вопросов, на которые фамильяр вряд ли ответит.

— Хорошо, спрашивайте, — Велльсгаузен собой владел отлично и недовольства не показал. Но я все равно почувствовал.