Любимая невеста (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На обратном пути к лестнице я почти сталкиваюсь с Максом. Он резко останавливается, его красивое лицо немного краснеет.

— Извините, миссис Андреева, — говорит он. — Я как раз собирался проведать Анику. Я знаю, что ваш муж не той же веры, что и вы, но я думаю, что небольшая молитва могла бы помочь любому, особенно этому бедному ребенку. — Он смотрит мимо меня в том направлении, куда ушла Саша. — Это была Саша?

Я моргаю, глядя на него.

— Да. Она помогала мне с Еленой. Она тебе для чего-то понадобилась?

При этих словах он краснеет еще сильнее, и мои глаза слегка расширяются.

— Нет, — быстро говорит он. — Я просто… я разговаривал с ней на днях, сказал ей, что, если ей когда-нибудь понадобится с кем-нибудь поговорить, я буду рядом, чтобы выслушать. Если она нуждается в духовном руководстве, или…

Я сжимаю губы, изо всех сил стараясь не рассмеяться. За то короткое время, что я провела с Максом, у меня сложилось впечатление, что он был искренен в своих убеждениях, даже если он по какой-то причине больше не был священником. Мои подозрения, исходя из того, что Виктор вкратце рассказал мне о нем, заключались в том, что он все еще придерживался правил быть священником, даже если его лишили сана. Это означает, что, если бы он, например, был влюблен в Сашу, это было бы очень огорчительно для него.

Это все очень очевидно, криво усмехаюсь я. Бывший священник борется со своими обетами из-за одной из девушек Виктора. Глядя на его покрасневшее лицо, я думаю, совершенно ясно, что он не пошел бы на это. У меня вертится на кончике языка сказать ему, чтобы он держался от Саши подальше, но потом я останавливаю себя. Неужели это действительно навредит, если красивый бывший священник влюбится в нее? Это может заставить ее чувствовать себя хорошо, и это безвредно. Он не собирается причинить ей вред. Кроме того, у меня уже есть двое детей. Я не могу слишком беспокоиться еще и о Саше, которая уже взрослая женщина, хотя и очень молода.

— Я иду наверх проведать своего мужа, — говорю я ему. — Но, если с Аникой что-то изменится, пожалуйста, приди за нами. Мы скоро спустимся, чтобы навестить ее.

Он прочищает горло, явно благодарный за смену темы.

— Конечно, миссис Андреева.

Когда я поднимаюсь наверх, в нашу комнату, Виктор только начинает просыпаться, садясь в постели. Он смотрит на меня, когда я вхожу, и улыбка на его лице почти сводит меня с ума. Он выглядит добрее, мягче, красивее по-другому, чем я привыкла. Ничего похожего на мужа, к которому я привыкла.

— Куда ходила так рано? — Спрашивает он почти поддразнивающе, и я моргаю ему. Прошло много времени, если вообще когда-либо было, с тех пор как я слышала, чтобы он так со мной разговаривал, и это поразительно. Это также не совсем неприятно, и это заставляет меня отшатнуться, потому что я знаю, что из-за большей привязанности к нему мне будет намного сложнее поддерживать свои стены, а они должны оставаться стоймя, если никогда не будет никаких изменений, если я собираюсь остаться ради Елены и Аники. Они — это то, что действительно важно, напоминаю я себе. Ничто другое: ни Виктор, ни мое собственное счастье, ни любое будущее, которое я могла бы предвидеть, не имеет такого значения, как уверенность в том, что эти девочки не потеряют кого-то еще, кого они любят. И я надеюсь, всем своим существом, что Елена не собирается терять сестру.

— Я спускалась вниз, — говорю я ему, направляясь к комоду, чтобы взять свежую смену одежды. Мой топ в беспорядке после того, как Елена так долго плакала на мне. — У Елены была паническая атака, и она позвала меня. Она беспокоится об Анике.

— Мы все беспокоимся. — Виктор проводит рукой по волосам. — Мы должны пойти проверить, как она.

— Макс сейчас с ней. Дай мне переодеться, и мы пойдем.

Виктор хмурится.

— Это мило с его стороны. Макс никогда особо не любил детей.

— Ну, может быть, он делает исключение для Аники. — Я пожимаю плечами. — Ребенок на грани смерти и это, наверное, совсем другая история. — Моя грудь сжимается от того, что я произношу это вслух, и я хватаю платье, в которое планировала переодеться, направляясь в ванную. Я внезапно чувствую, что не могу дождаться ни минуты, чтобы пойти и проверить, как там моя другая девочка, мое беспокойство за нее перевешивает все остальное.

Все, кроме того, что сказала мне Саша, то, что до сих пор отдается эхом в моей голове. Может быть, ты сможешь оказать на него влияние. Если это правда, то я могла бы все изменить. Но я в это не верю, не совсем.

Дверь открывается, и Виктор входит ко мне со своей одеждой в руках.

— Ты мог бы постучать, — говорю я сердито, и он смотрит на меня, забавляясь.

— Я был внутри каждой части твоего тела, жена, — криво говорит он. — Я делал с тобой то, чего, я знаю, не делал ни один другой мужчина. И ты думаешь, меня беспокоит, что я могу застать тебя врасплох… что? Писающей?

Я краснею.

— Возможно, мне просто хотелось немного уединения, вот и все.

— Возможно, я надеялся застать тебя полураздетой, чтобы я мог снова поцеловать тебя, чувствуя твое тело под своими руками. — Он тянется ко мне, его руки обхватывают мои груди через тонкий топ.

— Виктор, эта рубашка в беспорядке…

— Мне все равно. Меня никогда не волновали такие мелочи. Дети — это всегда беспорядок. Катя беспокоилась об этом, но что-то настолько тривиальное не помешает мне хотеть свою жену…

Упоминание Кати останавливает меня.

— Виктор. — Я отступаю, снимаю топ и поворачиваюсь к нему спиной, чтобы вид моей груди в одном лифчике не раззадорил его еще больше, хотя я уже хорошо знаю, что мой муж получает то, чего хочет. Если я отвернусь, это не остановит его, если он будет настаивать на том, чтобы взять меня снова. — Нам нужно больше поговорить о том, что ты рассказал мне в саду, — настойчиво говорю я ему, снимая леггинсы и протягивая руку за платьем. — О Кате и о том, что с ней случилось. О… — Я хочу сказать о ребенке, который у нее был бы, но слишком трудно произнести эти слова вслух. Я все еще поражена той частью истории, где Катя покончила с собой, зная, что беременна. Должно быть, она была в таком ужасе от своего мужа, что не могла вынести мысли о том, чтобы привести в его мир еще одного ребенка.