— Да вот, ребята на машине без прав катаются, съехали в кювет, мы им помочь хотели, но местное население, — кивнул в сторону Егора, — возражает.
Егор стоял молча. У Наташки от несправедливости казалось все волосы на загривке дыбом встали. Очень хотелось кинуться на этого урода и расцарапать все лицо, за ее мытарства вчерашние, мальчишек испугавшихся, Егоровы синяки.
— Ты, уж, гражданин начальник, — развязно продолжил Виталий, — разберись как следует, накажи виновных.
— Разберёмся, — буркнул Пашка, — вы тут каким ветром?
— Так поехали траву смотреть, подошла для покоса или нет, дядька велел, у него надеяться сильно не на кого, мужиков-то в семье нет, только дочь.
Если Виталий ставил цель этим заявлением Пашку уязвить, то у него получилось. Тот замолчал, крепче сжимая челюсть. Понятно, что Буниным мужские руки нужны, но пойти на чужой двор пахать Пашка не мог. Его бы потом мать вычитала как первоклашку, про батю думать не хочется, тот скорее всего молча отходил по шее. Мужем Надюхи он не был, поэтому и оснований ввязываться в чужое хозяйство у него нет.
— Ладно, поедем мы, дела, — попрощался Виталий.
Усаживаясь в машину, кинул на Наталью сальный взгляд. Наталье от него стало мерзко. Вот же скот.
Павел повернулся к Егору.
— У меня дел за гланды, нахрен ты разводишь тут. Вит конечно гадость редкостная, но мараться об него.
— Таких как он, надо в младенчестве душить, как котят, чтобы не портили окружающую атмосферу.
Больше Егор с братом разговаривать не стал. Развернулся к мальчишкам:
— Если с машиной будут неполадки, отрабатывать запчасти будете у отца тяжелым физическим трудом.
Пацаны стояли опустив головы вниз.
— И запомните, учиться ездить нужно на механике, — отвесил обоим по подзатыльнику, — у бати УАЗик, на покосе гонять самое то, или на тракторе, ещё лучше, на всю жизнь запомните как скорости переключать. Домой брысь, и чтобы завтра к восьми были как штык.
Мальчишки кивнули и отправились по улице. Егор уселся за руль и глядя на стоящую столбом Наталью рявкнул:
— Ты чего встала? Сядь.
Она быстро подхватившись, уселась на переднее пассажирское сиденье.
Егор медленно выехал из канавы и поехал по улице, дальше по проселку в поле, до первого лесочка.
— Мы куда? — спросила отмершая Наталья.
— Сейчас завезу тебя в лес и отымею, — грозно произнёс Егор.
Наталья на его заявление только усмехнулась. Напугал ежа голым задом. Егор и правда затормозил у самых берёз в первом лесочке.
Вышел из машины, захлопнув за собой дверцу. Встал перед капотом, пристально глядя на Наталью. Снова эти темные провалы глаз, влекущие ее в водоворот страсти. Наталья смотрела на него через лобовое стекло и сжимала ноги. Внизу живота болезненно тянуло, руки стиснула в кулаки. Егор усмехнулся привычно искривив губы и все. Как выстрел. Наталья не помнит, как выбралась из машины и оказалась сидящей на капоте. Хорошо ее машину отмыли и проехали они совсем немного, иначе бы на пыльной машине четко отпечатался силуэт ее пятой точки.
— Капот помнём, — проворчала между жадными, жалящими поцелуями.
Егор что-то рыкнул и стащил ее с капота. Руками заставил упереться в капот, а сам резко рванул по ногам ее шорты. Сам он стоял в мокрой футболке, растрепал ее влажную шевелюру. Огладил рукой промежность и вогнал внутрь два пальца. Наталья выгнулась и застонала. Дальше Егор действовал ещё напористее. Резко вогнал в неё член на всю длину. Дал секунду привыкнуть и с дикой скоростью стал вколачиваться внутрь. Ноги Наталью держали плохо, спасало только то, что Егор крепко держал ее за бедра, впиваясь в них пальцами. Скорее всего завтра на коже проступят синяки. Егор ещё ускорился и Наталью взорвало изнутри. Ноги окончательно отказались ее слушать, и она распласталась на капоте. По ногам потекла горячая жидкость. Егор упёрся руками в железо по обе стороны от ее головы и тяжело дышал, прямо у ее макушки.
— Наташка, ты меня в гроб сгонишь, не дотяну до пенсии, — проворчал глухо.
Наталья издала смешок.
— Ты мне предлагаешь сейчас жить с тобой до старости, а я даже фамилии твоей не знаю.
Егор вздохнул.
— Поехали домой, мыться и отбой.