Пробравшись через многолюдные трибуны, я незаметно проскочил мимо людей из клана Гермеса и вошел в комнату ожидания. Ирида уже была в боевой форме своего клана. Ее волосы были стянуты в привычный тугой хвост с выбивающейся челкой. По спине прокатились мурашки. Ее вид был… Чертовски очаровательным.
— Какие люди, — холодно бросила она.
— Ты злишься? Но я же не виноват, что выступаю от клана Афин. Это был мой единственный способ попасть сюда чтобы спасти сестру.
— А крутить романы с Афинской наследницей — это тоже единственный шанс?
Я широко улыбнулся.
— Великая Ирида Ангелос что, ревнует?
— Я не…
Я подошел к ней и медленно обхватил девушку за талию. Она и не думала сопротивляться. Хотя отчаянно делала вид, что ей это не нравится.
— Убери свои руки, ты что позволяешь себе…
— Разве я не держал тебя точно также, когда мы взбирались на гору в Дельфах?
Медленно моя ладонь скользнула по ее щеке.
— Кажется, за мое обещание не спать с Лирой, ты говорила, что вернешь мне кое-что. В большем размере!
Ирида залилась краской. Она подняла руку. Казалось, что мне вот-вот прилетит пощечина.
Но вместо этого она хищно схватила меня ладонями за лицо и впилась в мои губы своими. Она была похожа на изголодавшуюся пантеру, которой был жизненно необходим этот поцелуй. Но я не собирался останавливаться так просто. Едва она хотела прервать его, я притянул ее ближе к себе, вторгаясь в ее рот и делая и без того интимный поцелуй еще более откровенным.
Когда наши губы разомкнулись, девушка тяжело дышала, а ее лицо было красным от возбуждения.
— Ты… бестактный и…
— Ты мне тоже нравишься. Но, впрочем, я пришел немного за другим. Твой противник Рез Сагона. Все вокруг говорят, что девушкам с ним сражаться намного опаснее, в чем же дело?
— О, кажется, опаснейший в мире Отрид волнуется за меня?
— Как уважающий себя мужчина, я обязан волноваться за свою женщину!
Ирида снова густо покраснела.
— Что ты… Дурак! В общем, Рез, он, как бы это сказать, помешан на причинении боли. Если с мужчинами это именно сражение чести и столкновение силы, то с девушками это сродни сексуальной утехе. Я слышала, что его возбуждает возможность изрезать своего партнера во время секса. Это не достоверно, и Спарта вместе с Олимпией как могут, скрывают эти факты, но, поговаривают, что он убил уже двенадцать девушек из-за того, что не контролировал себя. Но для всех они конечно же пропали.
— То есть он будет тебя избивать, и при этом возбуждаться? Какая мерзость… Ирида, откажись от боя? Прошу, скажи, что ты можешь? Как мне помочь тебе избежать этого?
— К сожалению я не могу. Отец не позволит порочить честь клана. Но я обещаю, как только все будет выглядеть так, что он побеждает, я тут же сдамся. Я не позволю ему и пальцем себя тронуть.
Я стиснул зубы, кулаки сжались сами по себе. Но мягкое прикосновение ладони Ириды к моему лицу в миг успокоило меня.
— Крей, все будет в порядке. Я не дам себя в обиду. Обещаю.
Я положил свою руку поверх ее и сжал.
— Береги себя, ладно? Я буду смотреть!
— Обязательно, — кивнула девушка, но когда я выходил из комнаты она внезапно продолжила. — А за то, что водишься с блондинистой афинкой, отработаешь мне втройне!
Я усмехнулся, возвращаясь на место рядом с Орестом. Толпа уже томилась в ожидании. Все очень хотели посмотреть на способности Реза, который, говорят, стал еще сильнее за это время, причем очень намного.
— Орест, подскажите мне, кто следит за поединком. Если вдруг случится, что один практик будет готов убить другого, поединок остановят?