Она ухмылка более, чем в дни,
Когда протестом кровь моя бурлила,
Когда в ночи манили не огни,
А темнота, что их собой затмила.
Лишь из возможности теперь желаний ряд,
Что измельчал в значительности смысла.
Вперёд короче путь, чем путь назад.
И перекрестком пауза повисла.
Распутье ли? Возможно.Что ж с того?
Азарта уж в глазах на грош и только.
Но, слава Богу, есть хоть для кого
Вставать, с зарей, с холодной части койки.
Но, знаю, не далече тот рассвет,
Который проживу, не поняв знака:
А он последний…Все! Другого нет…
И, верно, будет выть с того собака.
И кто-то скажет, что забытый пёс,
Наверно, голоден и мёрзнет у забора.
А я отправляюсь с тем, кто весть принес,
В манящий свет, сквозь мрачность коридора.
Не обернусь, ведь сожалений грязь
Останется, под первым, робким снегом…
А ныне, вспоминаю, помолясь,
Про тех, кому опять не до ночлега -
Ведь жаден путь. К заутрене проснусь,
Чтоб надышаться свежестью зелёной,
В нее остаться навсегда влюбленным
И растворится в ней…
Все уже было…
Пусть!