Что ж, оставался последний вариант, и я, толкнув дверь, вошел в комнату братьев.
— Ну наконец-то явился, — произнес Боря.
— Мы уже думали, что не сообразишь, — продолжил Женька.
Меня всегда поражала их способность дополнять друг друга, словно они были единым целом. Со стороны смотрелось даже страшновато.
— Если что, мы тебе ничего не говорили, — сказал Женя.
— А то Мила нас убьет, — закончил Борис.
— Завязывайте, голова от вас болеть уже начинает, — пригрозил я братьям.
— Ухажёр у неё новый появился, — сделал паузу Борис, но, поймав мой предостерегающий взгляд, затараторил. — Не из местных. Точнее, теперь местный. Их род выкупил освободившийся ангар, собираются гидропоникой заняться. На это почве в институте с Милой и пересёкся.
— Наглый до неимоверности, — все же не выдержал Женька. — Везде ходит с дружками, пальцы гнёт. На днях объявил во всеуслышание, что сестра станет его, хочет она того или нет.
— А чего она об этом никому не говорит? — удивился я. — И вы почему этого маме не сказали?
— Не хочет она тебе лишних неприятностей доставлять, пока ты там жилы на планете рвёшь, думает, что само рассосется. Ну или ты нас раньше на планету заберёшь, прежде чем этот урод к активным действиям перейдёт. А по поводу рассказать маме… — Боря посмотрел на брата, но тот в этот раз не спешил прийти на помощь. — Предатель… В общем, мы там в школе начудили немного…
— Даже боюсь представить это ваше «немного».
— Да там реально все целые остались, только пару парт в классе поменять и двери.
— И окна, — вздохнул Женька, а я покачал головой.
— В общем, прежде чем мама об этом узнала, Мила нас прикрыла, и, в общем, по итогу мы ей должны оказались, — виновато произнёс Борис.
— Да уж, не перевелись ещё идиоты на белом свете. Да я не про вас, с вами позже разберусь, а про этого идиота-кавалера, — вздохнул я. — С другой стороны, нужно показать новенькими, что случается с теми, кто смеет зариться на членов моего рода. Как, говорите, его зовут?
Глава 8
— Добрый день, барон Исаев к виконту Калинину, — остановившись перед КПП, стоящим на входе недавно выкупленного ангара, представился я охраннику.
— Вам назначено, господин? — вежливо уточнил мужчина в стандартной сине-серой пятнистой форме, на рукаве которой была изображена красивая птичка. Произнесено это было так вежливо, что я даже усомнился, что прибыл туда, куда нужно.
— Нет, но думаю, если вы сообщите своему господину о моём прибытии, то Олег Максимович выделит немного драгоценного времени для беседы, — ответил я, отмечая, как дрогнули уголки губ служивого.
Слухи о времяпрепровождении виконта Калинина Олега Максимовича и его друзей, несмотря на недавнее появление на станции, стало притчей во языцех, и, похоже, даже слуги посмеивались над разгульным виконтом.
— Я сообщу, но не уверен, что господин сможет вас принять. Он только недавно вернулся с важной… э-э-э… комиссии и, возможно, ещё не до конца отдохнул, — зачем-то пояснил мне охранник. — Тем не менее, пока вы ожидаете ответа, позвольте пригласить вас в гостевую комнату.
Турникет мигнул зелёным, и я, следуя за другим охранником, прошёл к одной из дверей. Зайдя внутрь помещения, очутился в этакой комнатке отдыха, где, видимо, проводили свободное время дежурные по КПП.
Тем не менее, место было чистым, в какой-то степени даже уютным, так что я привередничать не стал и уселся в любезно предложенное мягкое кресло.
— Буду весьма благодарен, если угостите кофе, — произнёс я, на что охранник лишь кивнул, а через минуту я получил приличную порцию горячего напитка. Попробовал и по достоинству оценил. Даже обидно будет тут всё переворачивать всё верх дном, если Калинин встанет на дыбы и не принесёт извинения.
Охранник, уточнив не желаю ли я чего-то ещё, исчез, а я принялся ожидать, прикидывая, по какому из вариантов могут начать развиваться события.
Вчера вечером после братьев я прямиком направился к Миле вправлять мозги и узнавать подробности всей этой истории.
Девушка отпиралась недолго, по итогу расплакавшись и выложив всё как на духу. Странные они всё-таки создания, эти женщины, даже родные сёстры. Вроде и вины её здесь нет, разве только в том, что сразу не сказала, а напридумывать себе успела чёрт-те что.