Сидящие напротив меня охранники, которых я нанял по прилёту у того же рода, что охранял мою семью на станции, переглянулись, и я уловил лёгкое раздражение. Они явно надеялись, что я поеду в снятые номера, а не развлекаться. Ну что поделать, парни, сегодня вам придётся отработать потраченные деньги по полной.
Бар, носивший незамысловатое название «Виртхаус», что означало, если память мне не изменяет — трактир, оказался не баром, а рестораном. Впрочем, водитель утверждал, что я не пожалею, посетив данное заведение.
Расплатившись с ним, накинув ещё сверху за проявленную инициативу, вышел из машины и в сопровождении охранников направился ко входу.
— Добрый вечер, господин… — стоявший у двери швейцар слегка поклонился, но дверь открывать не спешил.
— Барон Исаев, — представился я, внимательно следя за реакцией мужчины в ливрее с вышитым на плече гербом в виде зеленой розы.
Странный герб. Такой трудно забыть, но я хоть убей не помню, кому он может принадлежать. Неужто какой-то новоявленный, наподобие Феррите?
— Моё почтение, господин Исаев, — уже чуть ниже поклонился слуга. — Я приношу извинения, но вынужден вам сообщить, что в Виртхаусе могут находиться только представители дворянского рода и поэтому вынужден попросить оставить охрану за пределами нашего заведения. Род Тихомировых гарантирует безопасность внутри ресторана.
— Господин Исаев, мы можем вызвать машину и подождать снаружи. Тем более, судя по всему, мы тут не единственные такие будем, — кивнул один из охранников в сторону стоянки, на которой стояло несколько машин с гербами. Ну да, эти Тихомировы только внутри безопасность обещают, а вот снаружи…
— Хорошо. Так и сделаем, — кивнул я охране и повернулся к швейцару. — Теперь можно посмотреть на ваше замечательное заведение изнутри?
— Конечно, господин барон, — ответил слуга и чуть тише, от себя, добавил. — Спасибо за понимание.
— Что, часто попадаются те, до кого не доходит? — уточнил я у мужчины, на что тот лишь позволил себе грустную усмешку и, приоткрыв дверь, пропустил меня внутрь.
Да уж, нелёгкая у него работа, отваживать всяких высокородных идиотов, которые считают, что им можно всё. Эта мысль мелькнула и тут же пропала, едва ко мне подскочила хорошенькая блондинка, одетая в чёрное короткое платье с открытыми плечами.
Небольшое ожерелье на шее, золотой браслет на руке и тонкая цепочка на левой ноге гармонично завершали образ этой куколки, и мне инстинктивно захотелось ткнуть в неё пальцем, чтобы убедиться, что она настоящая, а не какая-нибудь голограмма.
— Господин Исаев, — продемонстрировав ослепляюще-белоснежную улыбку, хостес обозначила лёгкий поклон, и я заметил небольшую татуировку в виде все той же зеленой розы на плече. — Я так понимаю, столик вы не бронировали, и мы можем предложить вам на выбор лишь пару мест. У нас сегодня выступает Амбер Морисс, и большинство столиков было выкуплено заранее.
— Думаю, я доверюсь вашему выбору, — кто такая эта Амбер я даже в курсе не был, и мне было все равно, где садиться, так что последовал за девушкой, попеременно смотря то на неё, то в зал, который оказался не таким уж и маленьким, несмотря на то, что треть его занимала сцена.
Людей оказалось тоже довольно много, почти все столы оказались заняты, и, судя по гербам, тут собрался весь цветник столицы. На их фоне я в своём обычном деловом костюме изрядно выделялся. Неудивительно, что на входе меня остановили.
Усадив за столик в уголке зала, с которого толком-то и сцены видно не было, девушка вручила мне меню и, дождавшись, когда я сделаю заказ, упорхнула.
Я с огорчением посмотрел ей вслед. Первую мысль пригласить её на совместный завтрак пришлось отбросить, едва я увидел татуировку или даже клеймо, тут смотря, как она его получила, с согласия или против воли.
Старый обряд, которым пользуются либо, когда вступающий в род кандидат очень ему доверяет, либо наоборот, когда род не доверяет претенденту, но не взять его не может. От планеты к планете вариант клеймения разнится, но общий принцип остаётся прежним, при попытке воспротивится главе рода, отмеченный гербом будет испытывать нечеловеческую боль.
— А, к чёрту! — выругался я про себя и дёрнул головой, выбрасывая лишние мысли.
Я пришёл расслабиться, а не разбираться в чужих проблемах, которых могло и не быть. Всегда оставалась возможность, что девушка пошла на это добровольно.
— Всё нормально, — сказал я официанту, который уже принёс заказ и, увидев мой жест головой, замер. — Можете ставить.
Тот, быстро расставив блюда и не забыв поклониться, удалился, а я не спеша приступил к трапезе под овации, которые, вот же странно, звучали не в мою честь, а для той самой Амбер, начавшей своё выступление.
И надо отдать должное, в этом «трактире» всё оказалось на уровне. И еда, и напитки, и даже певица, чьё лицо я за весь вечер так и не увидел, зато прекрасный голос слушал с настоящим наслаждением. Надо будет пару флешек с записями для Астрид взять, она вроде как увлекалась современной музыкой.
— И как вам сегодняшнее выступление? — услышал я женский голос, когда выступление закончилось и посетители заведения вернулись к еде, а я, прикрыв глаза, получал удовольствие от крепко выдержанного вина.
— Лучше, чем ожидал, — открыв глаза, увидел остановившуюся перед столом девушку с раскосыми глазами и чёрными косами, заплетёнными в хитрую конструкцию на голове.
— Разрешите составить вам компанию? А то остальные столики заняты, — спросила незнакомка и, не дожидаясь приглашения, плавно, будто змея, опустилась в мягкое кресло.
Пристальный взгляд немигающих глаз почти что жёлтого цвета и серо-чёрное платье ещё больше сделали её похожей на хладнокровное создание, и во мне зажёгся огонёк интереса.
— Надеюсь, шипеть не будете? — подняв руку вверх и подзывая официанта, не удержался я от вопроса.
— Змеи становятся агрессивными только тогда, когда им что-то угрожает. Но я уверена, что этой ночью смогу быть спокойна за себя, — лёгкая улыбка коснулась полных губ, и тут же вся холодность незнакомки пропала, а очарование стало настолько сильным, что я на мгновение заподозрил проявление дара.