Кажется, что я спала минут десять. Который вообще час? Я тяну Лео обратно на постель, но он нетерпеливо сбрасывает мою руку.
— Тут кто-то был, — говорит он резко, тревожно.
— Что? — Сердце выскакивает из груди. Я сажусь, уже полностью проснувшись от всплеска адреналина. — Где?
— Здесь, в спальне. — Он нашаривает выключатель ночника, и белый искусственный свет тут же ослепляет меня. Я зажмуриваюсь, потом поспешно оглядываю комнату. Никого, только встроенные шкафы с решетчатыми дверями и кресло в углу с ворохом одежды.
— Ты уверен? — с сомнением спрашиваю я.
— Да!
Я, приподнявшись на локте, пытаюсь проникнуть взглядом сквозь приоткрытую дверь ванной, а мысль уже рисует картины: кто-то спрятался в душе, занеся длинный нож над головой. Лео, к моему ужасу, отбрасывает одеяло и спускает ноги с кровати.
— Куда ты?
Он стоит голый, весь напрягшись.
— Включу свет в холле.
Просунув руку сквозь приоткрытую дверь спальни, он нажимает выключатель на стене. Я прислушиваюсь в ожидании поспешных удаляющихся шагов кого-то, потревоженного светом, заливающего теперь всю площадку и лестницу.
Ничего.
— Позвонить в полицию? — спрашиваю я, хватая телефон с зарядки.
— Подожди. Надо убедиться, прежде чем что-то предпринимать. Я пойду проверю ту спальню.
Я выскакиваю из кровати, набрасываю халат и встаю у Лео за спиной. Под его защитой я чувствую себя менее уязвимой, но сердце все равно бешено колотится.
— Я пойду с тобой.
— Нет. Оставайся тут и, если услышишь что-нибудь, звони в полицию.
— Подожди. — Я бегу в ванную, быстро проверяю, что там никого, и хватаю лак для волос. Снимаю крышку и даю баллон Лео. — Если кого-то увидишь, брызни ему лаком в глаза, чтобы ослепить.
В другой ситуации он бы посмеялся: абсолютно голый мужчина со спреем в качестве оружия. Но сейчас он берет баллон и, продвигаясь по площадке, держит его наготове, положив палец на распылитель. Я смотрю, как он проверяет гостевую спальню, потом кабинет. От страха у меня мурашки бегут по коже, и я готова в любой момент набрать 999.
— Никого! — кричит он. — Проверю внизу.
— Осторожней! — отвечаю я и после паузы спрашиваю: — Видишь что-нибудь?
Он не отвечает; я подхожу к перилам, смотрю вниз, в холл, и вижу, как Лео скрывается в гостиной. Через несколько минут он возвращается.
— Окна и двери заперты, никаких следов проникновения.
— А ты точно кого-то видел? — спрашиваю я, когда мы возвращаемся в спальню.
— Да… или нет… не знаю, — признается он. — Просто было чувство, что в комнате кто-то есть.
— Может, тебе приснилось.
Вид у Лео немного сконфуженный; он опускает баллончик с лаком.
— Может быть. Прости. Не хотел тебя пугать. Который, кстати, час?
Я смотрю в телефон.
— Три пятнадцать. Тебе надо поспать, вставать уже через три часа.