Покинув второй вагон, мы с Мэй преодолели тамбур, и встали возле двери в третий. Ебанутый Паровозик по-прежнему что-то орал, голосом алкаша, который обкурился травы, будучи под героином, а кузина еще всхлипывала. Когда я повернул ручку на двери, я с ноги открыл ее, и хотел уже влететь внутрь, предвкушая возможно, уже настоящую кровавую баню, но Мэй вдруг оттолкнула меня в сторону, и заведя пилу, первая вбежала внутрь, крича «Всех порубаю!»… и само собой, я не успел зайти за ней следом, как дверь захлопнулась!
- Вот просто, какого хрена ты творишь?! – прошипел я, услышав громкий визг, а затем такой звук, словно сестренка задела лезвие что-то железное. Блин… и что мне делать?!
Фыркнув, я убрал биту в свою душу, чтобы не мешалась, и ногами залез на ограждение. Да уж, не думал я, что когда-нибудь придется заниматься такой херней, словно в каких-нибудь экшен-фильмах про Дикий Запад, где обязательно должна быть сцена с дракой на крыше поезда… или я что-то путаю? Или там просто должен быть поезд? Да похер, сейчас это не так важно!
Словно последний идиот, которым впрочем я и являюсь, по сути без всякой страховки, я оттолкнулся от ограждения и прыгнул, успев высунуть лезвия, которые и помогли мне удержаться руками за крышу вагона. Что я вообще творю, а? Ладно, сейчас некогда об этом думать, ведь нужно сестру спасать…
- Ну и что ты пытаешься сделать? – произнес вдруг призрак, который появился на крыше вагона и наступил мне на протез. Вот же долбодятел! Он что, еще не понял, что я не чувствую боли левой рукой? – Думаешь, что сможешь спасти ту девчонку? Ей сейчас там очень несладко…
Но не успел этот придурок договорить последнее слово, как немного правее от него, крышу пронзило лезвие бензопилы и из той дыры послышался крик Мэй: «Кому там несладко?!». Призрак явно был немного в шоке, и на секунду бросил взгляд вправо, а мне этого времени хватило, чтобы немного подтянуться, оттолкнувшись от вагона ступнями, и схватить правой рукой призрака за левую ногу.
- Нужно было съебывать сразу, - злобно прошипел я, и резко дернул хера-во-фраке за ногу. Нужно было только видеть его рожу, выражение которой я увидел всего на мгновение, когда призрак, потеряв равновесие, улетел с крыши, успев схватить за ее край, как и я. Только у него лезвий в руке не было, и потому, держаться ему было труднее.
Злобно усмехаясь, я подтянулся еще раз, уже полностью взобравшись на крышу поезда, радуясь тому, что призрачный туннель был высокий, из-за чего я мог встать в полный рост, чего я, конечно, делать не стал, ибо еще не настолько свихнулся, и подполз к левому краю вагону, используя лезвия, как страховку. Призрак, чей цилиндр уже куда-то улетел, испуганно раскрыл глаза, когда я выдавил злобненькую улыбочку, но тут же, в свою очередь хмыкнув, он вдруг раскачался и выбив стекло вагона ногами, прыгнул внутрь. Вот же ж… нечисть поганая!
Делать было нечего, и потому, ругаясь на чем свет стоит, проклиная этого говнюка, ведь после всей этой херни и лазаний по вагону я точно буду выносить свою злость на Ямаде и прочих девчонках, которым уже можно посочувствовать, я спустил ноги, и как и он, прыгнул в вагон. И едва не поскользнулся на кишках и кровищи, которые валялись тут и там по вагону, вперемешку с конечностями. А в центре вагоне, с улыбочкой не лучше, чем у меня обычно, стояла Мэй с окровавленной бензопилой в руках, перед которой на коленях стоял призрак.
- Я… я больше не буду… - хныкал призрак, лезвие пилы которому упиралось в живот. Она сейчас была выключена, но моя милая кузина держала руку на спусковом механизме, явно готовая в любой момент что-нибудь отпилить ему. – М-может вы отпустите меня?
- Отпустить?! Нет, пупсик, мы тебя отпустим только на тот свет, - я подошел к этим двоим, и встав рядом с Мэй, которая нежно так улыбнулась, схватил ублюдка за кривой нос и отрубил его лезвием протеза. На нас с Мэй брызнула черная кровища, а призрак фокусника завизжал от боли. Пока он орал, я пнул его в подбородок, заставив свалиться на пол вагона, в кровавую кашу, что была тут повсюду, и ногой наступил ему на живот. – Сестренка, прежде чем я начну… кто тут был?
- Клоуны. Десяток жутких клоунов, - устало произнесла Мэй, ногой выкатив из-под ближайшего к ней сиденья голову, украшенную гримом и с красным клоунским носом. – Ненавижу клоунов… ненавижу, но не боюсь… по крайней мере теперь… хи-хи-хи!
Бросив взгляд на сестренку, у которой был бешенный взгляд, я понял одно – еще раз встречу сучку Айрис, точно стану лоликонщиком! Кажись, из-за всего этого дерьма моя сестренка начала потихоньку становиться такой же двинутой, как и я. Эх, а я-то желал для нее спокойной жизни, а получается…
- Слышь, Мэй, а не могла бы ты сходить в четвертый вагон, и посмотреть, что могло бы ждать нас там?
Кивнув, кузина вышла из вагона, а я остался наедине с призраком-хуизраком. Сильный страх читался в глазах этого безносого утырка, когда я, по-идиотски хихикая, призвал биту и прошептав фокуснику, что ему будет очень больно, наступил ему ботинком на рот, чтобы он сильно не орал, а потом раздробил ему кости в коленях. Извивался он как уж, особенно еще и после того, как я поломал ему руки.
Пока я «игрался» с ним, вернулась Мэй, и просто не говоря ни слова врубила бензопилу и воткнула лезвие ублюдку между ног. Черная кровища хлынула во все стороны, а мы с кузиной просто оглохли от крика боли и ужаса, который потом постепенно превратился в визг, ну а дальше было только бульканье. И самое смешное, что он был еще жив… недолго, потому что я просто размозжил ему голову битой, угу…
- Слышь, а че в том вагоне-то? – спросил я Мэй, запихнув свое оружие в душу, и глядя на то, как шевелящаяся масса поглощает фокусника. Когда призрак исчез, Паровозик проорал прощальное «Чух-чух, я растворяюсь, народ!», а затем затих… серьезно, что-то меня аж на слезу пробило от его прощания! Кажется, это было единственное непонятное существо, которое мне было жалко… черт, этот Паровозик был такой охуенный, пусть и упоротый!
- Там были огромные пауки… размером с твой кулак, если не больше, - вздохнула Мэй, передернувшись всем телом. – Б-братик, т-ты чего плачешь?!
- П-Паровозик… жалко, - всхлипнул я, вытерев одинокую слезу, которая выкатилась из левого глаза. – Вот просто… это прямо как в той игре, помнишь? «Press F»…
- С тобой точно все нормально, братик? – Мэй немного попятилась, когда я отдал честь призрачному поезду, который был точно ни в чем не виновен.
- Я буду помнить о нем, - прошептал я, а затем вновь расплылся в ухмылке, и повернулся к сестре, засунув руки в карманы. – Все, я в норме! И знаешь что, кузина? Ты молодец! Думаю даже, что сегодня, а может и завтра, возьмем выходной, и не пойдем в школу. Хотя, сегодня мы вряд ли туда успеем, так что…
Призрачный мирок вдруг резко исчез, а мы с сестренкой… оказались посреди вагона, уже нормального поезда, который несся по рельсам! Покрытые черной жижей, которая была кровью призрака, но которую никто не видел, кроме нас с Мэй, мы наверняка появились просто из ниоткуда, прямо на глазах множества пассажиров, которые удивленно пялились на нас. И как я мог увидеть, в этом вагоне, ехала и та милашка, вместе с папашей, которую я заприметил еще в зале ожидания. Само собой, она тоже пялилась на нас, как и ее батя…
- Ааа… в-вы откуда взялись? – испуганно спросил какой-то парень, когда мы с Мэй, устало опустились на свободное сиденье напротив него. Я тут же вытянул ноги и раскинул руки, откинув голову, а Мэй, положив бензопилу под сиденье, положила голову мне на плечо, вздохнув.
- Мы вышли из Сумрака! – прошептал я, усмехнувшись. – Это такой параллельный мир, который хочет уничтожить этот, прикинь? А мы с кузиной, типа, герои двух миров… ну или враги, тут как посмотреть… В общем, проболтаешься – найду и… того.
Для пущего эффекта я выпустил когти, отчего парень вжался в кресло и даже перекрестился. Судя по его чертам лица, он был или полукровкой или же полностью уроженцем другой страны, и пусть он говорил довольно чисто на хосиндском, некий акцент все же прослеживался. И да… мне было похер на то, что кто-то видит мои когти. Что они мне сделают?! Я не боюсь, что за мной могут приехать какие-то ученые, если решат что мутант, аки Логан… хех, это им нужно бояться, ведь я буду драться до конца… к тому же за мной сам Сатаниус, а я уверен, что если со мной что-то случится, малыш Люциус пожалуется своему папочке и все… можно будет подыскивать дом в другом мире, или вообще поселиться в Аду, ну или как называется их обиталище…
- Вот вы где! – на колени Мэй, выскочив из-под сиденья, запрыгнула кошачья морда, которая уставилась на меня, почему-то недовольно. Как же она задрала, если честно… че я ей сделал, чтобы получить такой взгляд? Бесит!
Фыркнув, не обращая внимания на вопросы кошатины, вроде «Ну как все прошло?», я поднялся на ноги и схватив шаурму за шкирку, которая зашипела, и пыталась поцарапать меня, я подошел к дверям поезда, и открыв их, выкинул шерстяную бесполезную тварюгу нахер. Ага, прямо на ходу, причем помахав ей рукой на прощание… а еще кажется, она даже ударилась об окно вагона, судя по тому, как несколько человек испуганно смотрели на одно из окон слева…
Вот честно, я очень надеялся, что эта сучка хотя бы сейчас сдохнет! Заебала уже… Ненавижу животных! Особенно таких надоедливых и живучих, чтоб их всех…
Пока я шел по вагону, возвращаясь на место рядом с Мэй, все пассажиры таращили на меня свои зенки, и я едва сдерживался, чтобы не сделать что-нибудь злое и плохое! Как же все бесит… Бесит!
А еще…