— Где мы? — спросил брат Хелм.
— Совет по спорным вопросам Хиероваси, — ответил Хесперо.
Неожиданно громко заговорил Фратекс Призмо:
Commenumus
Pispis post oraumus
Ehtrad ezois verus Taces est.
— Izicdeivumus, — хором ответили все остальные, и Хесперо с удивлением обнаружил, что присоединился к ним.
Ну, он уже довольно долго служит Церкви. И многое делает непроизвольно.
Однако Ниро Фабуле был священником дольше Хесперо. Фра-тексу Призмо уже около восьмидесяти, волосы, спадавшие из-под черно-золотой короны, давно поседели, а глаза, когда-то голубые, выцвели до льдисто-серого цвета. У него был вителлианский нос с горбинкой, а на обвислой левой щеке подергивалась жилка.
— Итак, — проговорил Фабуло с едва заметным вздохом, — ты меня удивляешь, Хесперо.
— В каком смысле, ваша милость?
— Ты явился сюда, несмотря на совершенные тобой преступления. Я думал, мне придется притащить тебя силой.
— В таком случае, вы плохо меня знаете, — ответил Хесперо.
— Не наглей, — рявкнул Фабуло и откинулся на спинку кресла. — Мне не суждено понять, что увидел в тебе Ниро Луцио, никогда. Я знаю, что вы вместе принесли обеты, но это было тридцать лет назад.
— Я не понимаю, на что вы намекаете, — сказал Хесперо.
— После колледжа ты отправился в крошечный приход в Бейргсе и не добился там никаких выдающихся успехов. А Луцио остался здесь и занял высокое положение. Став прайфеком, он вызнал тебя и убедил Совет сделать тебя ампуло Кротении, а затем и прайфеком.
— Я польщен тем, что вам так много про меня известно.
— Тo, что мне известно, никоим образом тебя не украшает, — сердито заявил он. — Однако я хорошо знал Луцио. Он был в высшей степени предан Церкви. И не относился к числу тех, кто помогал друзьям делать карьеру. Я хочу понять, не было ли еще чего-нибудь, кроме дружбы, что позволило тебе занять столь высокий пост.
— А разве то, что я делал с тех пор, указывает на мою несостоятельность?
Ниро Фабуло покачал головой.
— Ни в коей мере. Ты был примером во всех отношениях, по крайней мере, так утверждают наши записи. До прошлого года — или около того — когда ситуация резко изменилась к худшему. Мне перечислить твои главные неудачи?
— Если это доставит удовольствие вашей светлости.
— Не доставит, но, тем не менее, я это сделаю.
Он наклонился вперед.
— Ты не смог помешать Вильяму объявить дочь наследницей. Ты обещал исправить свою ошибку, и снова потерпел поражение. Одна из дочерей не только жива, она в настоящий момент занимает трон Кротении. Одно это может стоить тебе жизни, Хесперо. Ты не сумел ускорить прохождение священных путей темными лордами в Королевском лесу. Более того… — Он вытер лоб рукавом своего одеяния. — … более того, мой предшественник, твой дорогой друг Луцио, доверил тебе стрелу Айтаса, чтобы ты убил Тернового Короля. И тут ты тоже оказался не на высоте, и теперь у нас нет стрелы.
Хесперо собрался возразить ему на последнее обвинение, но передумал. По большей части все это было справедливо, особенно то, что касалось Энни. И он мог винить за это только себя, поскольку ему не стоило выбирать таких ненадежных союзников в этом деле. Священные пути не имели большого значения, и Луцио это знал.
Но Луцио мертв, и, скорее всего, он пал от руки человека, который сейчас бросает ему в лицо обвинения. Ниро Фабуло даже близко не подошел к пониманию самой главной неудачи Хесперо.
— И наконец, — заявил тот, — ты трусливо сбежал и бросил свой пост в Эслене.
— Неужели?
— Да.