Мужчина посмотрел на свою жену и сказал довольно громко — так, чтобы его могли услышать окружающие:
— Ты видишь эту семью, Петуния? Так смеяться на публике…
— Это возмутительно. У некоторых людей просто нет чувства собственного достоинства. А эти дети… Такие неказистые. Не то, что наш красавец Даддерс. — Она хотела потрепать сына по щеке, но тот увернулся.
— Пап, можно мы пойдем в дом рептилий? Я хочу посмотреть на змей.
— Конечно, Дадли, мой мальчик. Это туда. — Они ушли в указанную сторону. Побледневшая Минерва смотрела им вслед.
— Что случилось, тётя Минни? — спросила Синди. — Не обращай внимания — в смехе нет ничего плохого.
— Дело не в этом. Я их узнала.
— Узнала? — переспросил Гарри, — Они волшебники?
— Нет. Они маглы. Те, за чьим домом я наблюдала целый день. Гарри, это Дурсли.
— Его родственники?— спросила Гермиона.
— Да.
— А давайте пойдём за ними в дом рептилий? — попросил Гарри. — Мне стало любопытно. — Он увидел встревоженный взгляд мамы. — Похоже, они и в самом деле такие ужасные, как их описывала тётя Минни. Интересно, сколько грузовиков еды доставляют каждый день для этих ребят? Похоже, миссис Дурсль ничего не остаётся.
— Если ты так хочешь, — согласилась Синди, никак не отреагировав на его последнее замечание.
Дурслей они нагнали в комнате с несколькими змеями. Дадли пристально глядел на особенно большую, и, казалось, спящую змею. А потом потребовал от отца:
— Заставь её двигаться.
Огромный мужчина постучал по стеклу, но змея даже не шелохнулась.
— Мне скучно, — заявил толстяк, и они отправились дальше.
Гарри подошел к пресмыкающемуся, которое только что разглядывал Дадли. На табличке было написано, что это боа-констриктор, который родился в зоопарке. Ещё там упоминалось, что этот вид родом из Бразилии. Мальчик внимательно посмотрел на змею, которая вдруг открыла глаза-бусинки. Медленно, очень медленно она подняла свою голову до уровня глаз Гарри.
И подмигнула.
Тот ещё с секунду её разглядывал, а потом подмигнул в ответ. Змея указала в сторону Дадли и Вернона Дурслей и произнесла:
— И так постоянно.
— Да уж, — ответил мальчик, — Наверно, это сильно раздражает.
Только Гарри подумал, как это странно — разговаривать со змеёй, и вспомнил, что в «Истории Хогвартса» написано о Парселтанге и о том, что на нём говорил Салазар Слизерин, как почувствовал сильный толчок и едва смог устоять на ногах.
Он обернулся и увидел того парня, своего кузена, который закричал:
— Пап, мам, посмотрите, что делает эта змея!
Гарри очень сильно захотел достать волшебную палочку и проклясть этого грубияна, но он понимал, что от Министерства магии в таком случае можно ждать только неприятностей.
— Отойди с дороги, мальчишка, — сзади послышался голос моржа. — Я хочу посмотреть, а ты болтаешься под ногами. Иди, возвращайся к своей семье.
Слово «семья» он произнёс так, будто они — позор рода людского. Гарри первый раз в жизни смотрел на них вблизи. Сестра его настоящей матери стояла рядом с мужем и сыном. Взрослые сверлили мальчика недовольными взглядами, а их сын смотрел, как змея снова засыпает. С другой стороны зала за происходящим наблюдали МакГонагаллы и Гермиона.
— На самом деле вы — моя семья, — спокойно сказал Гарри.
Мужчина побагровел.