Скелеты в шкафу никогда не врут (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ни в коем разе! — Отрицательно махнул головой Цимон и рассказал, что собирался делать: — Не тревожьте этим свою голову. Я распоряжусь — городские маги отправят Охотникам сообщение сегодня же. Путь у них, если я правильно понимаю, откуда они выдвинутся к нам, займёт, самое большее, три дня. Они не любят медлить. Жаль. До тех пор наша задача бездействовать. И точно не лезть со своими частными расследованиями. Вы поняли меня, Рентан?

Спросив это, священник выразительно посмотрел на своего друга и спутника, требуя ответа. Рентан не стал ни врать, ни уклоняться:

— Безусловно. И могу вас крепко заверить, ваше святейшество, что не собираюсь туда возвращаться или проводить какие-то изыскания. Я видел достаточно. И дел у меня достаточно. В пределах городской черты.

— А вот сейчас вы не врёте, — улыбнулся Цимон, жестом приглашая продолжить прогулку. — И от того моё сердце наполняется радостью…

— Осмелюсь спросить ещё кое-что, ваше святейшество. Позволите?

— Спрашивайте, — одобрительно кивнул священник.

— Наш господин, барон Кобыслав — его вы собираетесь ставить в известность, ваше святейшество?

— Хм. — Цимон призадумался, почесал подбородок, поправил рясу и лишь затем нехотя ответил: — Надо бы. Да очень не хочется. Господина не выбирают, но Власве с этим особенно не повезло. Жаль.

— Думается мне, что будет лучше, если наш господин узнает о случившемся от Охотников, — полушёпотом поделился соображениями Рентан, из-за чего и поднял эту тему в принципе. — Это сильно помешает ему попытаться сделать какую-нибудь глупость.

— Вы, мой друг, недооцениваете нашего правителя, — осклабившись, заметил священник. — Совершать глупости Охотники Кобыславу не помешают. Только усугубят их. Отец его, мудрый Ярек, тот мог бы помешать или даже упредить… Жаль. Как он, кстати, давно видели его?

— С полгода не был у них в замке. Вот жду «вызова» со дня на день, — признался, не скрывая беспокойства, Рентан. — Созвездие Макмина как раз в зените. Сами знаете, что это значит для душевнобольных.

Цимон мгновенно понял, к чему он клонит, и скривился.

— Знаю. Мда. Совпало так совпало. Нехорошо…. нехорошо. Жаль.

Они прошлись ещё немного. К этому моменту уже немолодой священник подустал ходить, но и садиться на расставленные повсюду скамейки не стал. Вместо этого заинтересовался кустом жасмина. Рентан терпеливо стоял рядом, наслаждаясь ароматами цветущего растения.

— Вот как мы сделаем, — поглаживая листья, заговорил Цимон. — Коль вы, мой друг, поедете к молодому барону, не тревожьте его ум своими историями. Ни к чему это. Спросит чего насчёт Вороново, скажите, что не были там ещё в этом году.

— А если он будет знать, что был?

— Если бы да кабы у него были бы мозги, — раздраженно выдал присказку священник. — Не переоценивайте нашего господина. Это чревато разочарованием.

— По вашему тону, ваше святейшество, я понимаю, что с господином бароном вы по этому замечательному саду не гуляете, — с нескрываемой иронией заметил Рентан.

— И не собираюсь! — скривился от одной мысли об этом Цимон. — Я сюда за покоем прихожу. Тишину слушаю! В остальное время мне хватает молодых послушников, которых приходится гонять метлой от девок. Да самих девок, что по весне розовощёкими табунами приходят исповедоваться в изменах и неразделённой любви.

— Неразделённая любовь теперь требует исповеди? — удивился лекарь. — О времена!

— Глупость всегда требует исповеди! — нравоучительно ответил священник. — Уж вы-то, Рентан, должны это знать.

— Простите за мою назойливость, но вы, ваше святейшество, так и не сказали, что собираетесь делать с бароном, — вернулся к прежней теме Рентан, чем вызвал у собеседника раздражение.

Пострадал жасмин. Несколько веток с наибольшим количеством цветков были решительно отломаны.

— Двенадцать простят. А я запомню. Не вашего это ума дело, мой друг. Скажу так: барон Кобыслав волноваться насчёт Вороново до приезда Охотников не будет. А после… — священник тяжело вздохнул. — Что ж, да помогут карающему клинку Двенадцати наши общие покровители.

Закончив рвать ветки, Цимон неторопливо направился к калитке, за которой высился храм — украшение Власвы. Рентан пошёл следом, понимая, что хоть беседа и идёт к концу, но это ещё не всё. Наконец, когда противно скрипнула дверца, священнослужитель сказал:

— Вот что, друг мой, зайдите ко мне не раньше полудня через два дня, на третий.

— По какому-то конкретному поводу, ваше святейшество? — уточнил, чувствуя недоброе, лекарь.

— С Охотниками будем вместе говорить, — рассказал священник. — Это вопрос решенный, не спорьте.

— Уж не собираетесь ли вы, ваше святейшество, жертвовать ради меня многим? — всё же возразил, хоть и в мягкой форме Рентан.

— Многим нет, — заверил его Цимон, улыбаясь. — Своими временем — пожалуй. Не переоценивайте этот жест, мой друг. Старость если чем и хороша, так это избытком времени, которое вечно не хватает сил потратить на благие дела. — Священник вдохнул запах цветов жасмина, ветки которого продолжал сжимать в исхудалой руке. — Вот и сегодня я что-то утомился. Пойду в келью. Подумаю наедине с собой о прекрасном.