— Если есть другие свободные койки — эту не буду занимать никем кроме тебя. У Кайдена тоже своя комната в преподавательском отделении закреплена. Он туда даже картину принес и на стенку повесил.
— А зачем ему там постоянная комната? — все еще не улавливая сути, уточнила я. — Он что и тут привередничает?
— Он тут слишком часто бывает. Тоже, как и ты, меры не знает, а заклинания выше пятого уровня ему запрещены. У него каналы покорежены так, что это уже не лечится, вот минимум раз в декаду и попадает ко мне. Об этом мало кто знает, он же гордый, весь день ходит — терпит, а вечером приходит в таком состоянии, что даже обезболивающее уже не действует. За ночь в норму его привожу и с утра отпускаю. Судя по тому как ты настроена с ним бороться — ты здесь чаще будешь, он то хоть опытный. Так что настраивайся.
Обнадежил, ничего не скажешь. Но в одном действительно обнадежил:
— Вы абсолютно уверены, что ему нельзя меня убивать?
— Я уверен не только в том, что ему нельзя этого делать, но и в том, что он не станет этого делать. Какие бы разногласия не были между вами, Кайден никогда не опустится до подлости, а тем более до убийства заведомо более слабого противника. На дуэлях, конечно, всякое случается, особенно на магических, но вызов, брошенный заведомо более слабому, унижает вызвавшего и ни один уважающий себя маг на это не пойдет. А у тебя, я надеюсь, хватит ума самой никого из старшекурсников и дипломированных магов не вызывать.
— А если меня все-таки кто-то вызовет на дуэль? Я же кроме левитации и огненного броска ничего не знаю.
— Если разница в уровнях более пяти единиц, то можешь отказаться без ущерба для собственной репутации. Вам уровень в конце этой декады будут мерить, но вряд ли у кого-то окажется больше третьего. К концу первого года обычно большинству удается выйти на четвертый-пятый, но чем выше уровень, тем тяжелее перейти на следующий. Выпускники в основном имеют с десятого по четырнадцатый уровень.
— Доктор Алан, а уровень — это вообще что такое?
— Ну, если совсем по-простому — то сложность структуры заклинания и соответственно сложность структуры строения ауры. Вам потом все это подробно преподавать будут, после взаимосвязей символики. — Не особо понятно пояснил словоохотливый врач.
— А у мастера Кайдена какой уровень?
— Он — особый случай. — Доктор Алан в задумчивости перебирал пальцами по спинке стула, пытаясь подобрать слова. — Теоретически — двадцатый или около того, а практически пятый. Только и хватает на то чтобы адептов до четвертого курса гонять, да заклинание бессмертия на себе поддерживать.
— Какое заклинание? — Я аж подпрыгнула на кровати.
— Это неофициальное название. Оно ровно на год приостанавливает процесс старения, после чего требуется его снова на себя начитать. Пока не спало предыдущее — новое начитать нельзя, и на другого человека тоже начитать нельзя, только на себя. Вы его на седьмом курсе будете проходить по теории магии.
— У Кайдена. Значит раньше выклянчить не получится, — обреченно подвела итог я, прощаясь с надеждой остаться такой же молодой как сейчас.
Доктор Алан не стал никак комментировать мое последнее заявление.
— Я тебя не утомил? — Поинтересовался он и пояснил, — сейчас больше никого в лазарете нет, вот я и болтаю с тобой от скуки.
— Нет. Но все-таки скажите, когда мне можно будет к себе идти, а то уже поздно, — попросила я, глядя в темнеющее за окном небо.
— Завтра утром. — Безаппеляционно ответили мне. — И это не обсуждается.
— Но почему, я же уже хорошо себя чувствую?
— Потому что я врач и я так велел.
Жалобно посмотрела на строгого доктора, изо всех сил представляя себя котом из мультика про Шрека.
— Не-а, не действует. — Развеселился тот. — У меня иммунитет на жалобные мордашки.
Не удержавшись, заулыбалась в ответ.
— Антимаги находятся на строгом учете и выносить их из лазарета запрещено. А без антимага можешь случайно даже, не говоря уж об осознанных действиях, начать колдовать и тогда все лечение насмарку. — Все-таки пояснили мне.
— Антимаг?
— Медальон у тебя на шее. Он полностью блокирует внешний магический поток, то есть циркуляция происходит только в пределах ауры и естественным путем.
Медальон был повязан довольно плотно, так что посмотреть на него не удалось. На ощупь определялся небольшой, немного выпуклый деревянный кругляш с прохладными вставками неизвестного состава и назначения, повязанный на шею кожаным шнурком.
— Показать? — Поинтересовался Алан, с улыбкой наблюдавший за моими манипуляциями.
— Если можно.