— Мне нужно было объяснить тебе, что произошло на кладбище на самом деле. А заодно узнать, ради чего ты всё это затеял. Иногда мотивация важнее, чем сами действия. И я рад, что все твои действия были направлены на помощь бедной женщине, потерявшей детей.
— Кстати, а что с Присциллой Норн и душой её сына?
Ещё меня интересовала судьба Донни, но я не рискнул его упоминать. Если парень не дурак, а он точно не дурак, то сделает вид, будто вообще не при чём. Собственно, он никак в происходящем и не участвовал, разве что попытался помочь, атаковав Жнеца.
— С женщиной всё в порядке. Душа мальчика останется на прощальную церемонию, раз уж так сложилось, что она всё ещё здесь. И на этот раз ритуал будет проведён как надо.
— Хорошо, — с облегчением вздохнул я. — А у меня, раз уж так сложилось, получится тоже там поприсутствовать?
— В целом, я убедился в чистоте твоих намерений, — будто бы нехотя вынес вердикт инквизитор. — На данный момент у нас нет причин держать тебя под охраной. Но в следующий раз ты уже так просто не отделаешься.
— То есть, я могу идти?
— Конечно.
Я хотел напомнить, что всё ещё закован в наручники, но неожиданно ощутил, что меня уже ничего не удерживает. Вытянув руки из-за спины, я их как следует размял, краем глаза поглядев за спину. Чем бы меня не удерживали, сейчас это пропало.
— Я провожу тебя к выходу? — любезно предложил инквизитор, не давая и шанса отказаться.
Встав на ноги, я слегка покачнулся от слабости, чуть не опорожнив желудок прямо на стол.
— С тобой всё в порядке? — обеспокоенно спросил священник.
— Да, просто лёгкое сотрясение, — буркнул я. — Видимо, слишком сильно приложили по голове во время задержания.
Выйдя из комнатки, мы оказались в длинном коридоре без окон. Одинаковые двери, стоящие на равном расстоянии, очевидно, вели в другие помещения, подобные тому, где держали меня.
— Это что, тюрьма? — не удержался я от вопроса.
— Вообще-то это кельи для медитации и размышлений, — ничуть не смутился инквизитор. — Некоторые из нас проводят здесь в уединённой молитве долгие часы, дни, а иногда и недели.
— Что-то вроде мест для медитации?
— Не совсем, — поморщился священник. — В медитации человек наедине с самым собой, а в молитве — с Богом. Это совершенно разные понятия.
Ну, поскольку я толком не занимался ни тем, ни другим, мне сложно понять, о чём именно речь. Да и не особенно хочется узнавать, если честно. На сегодня мне уже хватило разговоров о религии, а ведь нужно ещё было как-то подобрать удачный момент и задать вопрос о случае Алины Князевой. Правда, не уверен, что таковой представится после всего случившегося.
Как выяснилось, «кельи» находились довольно глубоко под землёй — поднимались по каменной лестнице мы минут пять точно. А там уже показались белые стены храма, иконы, и обычные храмовые помещения, знакомые мне с детства. Кто не бывал в христианских церквях и храмах с экскурсиями? Кстати, понятия не имею, в чём разница между этими двумя строениями, и есть ли она вообще.
Некоторое время мы шли молча. Периодически на пути попадались монахи и монашки в классических черных рясах, все они с лёгким интересом поглядывали на меня и почтительно кланялись инквизитору.
— Кхм, на самом деле я пришёл в церковь в том числе и для встречи с вами, — неуверенно начал я. — У меня возникло одно затруднение на работе, и я подумал, может, вы сталкивались с чем-то подобным.
— Интересно, о чём же речь? — не поворачиваясь ко мне, спросил инквизитор. — Ничего не обещаю, но попробую помочь.
Я в двух словах описал ситуацию Алины Князевой. То, как она пострадала от взрыва, впала в кому, и как я смог найти её душу в утроенном варианте.
— А что о сложившейся ситуации сказал твой учитель? — поинтересовался отец Павел. — Неужели он не сталкивался ни с чем подобным?
— Джеймс заявил, что медиумам в эти дела лучше не лезть, — признался я.
Священник кивнул.
— Здравая мысль.
— Но я ведь могу помочь, я уверен! Мне не хватает лишь немного знаний…
— Похвальное желание, молодой человек, — похлопал меня по плечу священник. — Но лезть в тонкие материи человеческих душ спустя такой короткий срок обучения слегка опрометчиво. Давайте сделаем так — я сделаю запрос в нашу картотеку о подобных случаях, и свяжу вас с нашим специалистом из церковной клиники. А вы пообещаете мне, что не станете ничего предпринимать без участия этого специалиста.