Принуждение к миру: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Все мы любим прихвастнуть, но Джо был асом в этом деле. Когда он плыл на корабле из Штатов в Австралию, то во время пьянки сломал себе ногу. Обычное дело. Но Джо сумел повернуть дело так, как будто это боевое ранение и за этот свой «подвиг» умудрился получить «Воздушную медаль» ВВС[108]. Ну а стрелком-радистом у нас был, как это ни странно, ничем не примечательный второй лейтенант Дональд Блинкен[109].

– С экипажем разобрались. Давай вернёмся к боевым действиям.

– Конец декабря 43-го года и январь 44-го был для нас провальным по всем параметрам. Джапы захватили Гавайи, потопили почти все наши крупные корабли и авианосцы на Тихом океане и добили наших парней на Северном Острове. А мы сидели в Тасмании и ничего не могли сделать. У нас просто не было бомб. Не пришёл очередной конвой, и мы не могли ничем помочь нашим морпехам в Новой Зеландии. Уже в самом конце января японцы отбили у нас Мельбурн. Это был единственный город в Австралии, в котором ещё был наш гарнизон. В феврале было несколько японо-английских налётов на наши базы в Тасмании, но приготовлений к десанту японцы не делали. Наш командующий – полковник Лемей – нам рассказал тогда, что японцы просто начали морскую блокаду Тасмании и вряд ли в ближайшие полгода хоть один наш корабль сможет к нам прорваться. Во всём гарнизоне острова был введён режим жёсткой экономии. Топлива и боеприпасов у нас был мизер, запчастей не было. С продуктами тоже были большие проблемы. Там ведь что получилось. Когда мы весной 43-го перебазировались в Тасманию, а англичане стали союзником джапов, то местные[110]попробовали бунтовать. И наше командование от греха подальше решило всех местных, несогласных пойти добровольцами к нам в армию, интернировать. Добровольцев пару тысяч набрали, а остальные две сотни тысяч местных были помещены в лагеря для интернированных. И соответственно, практически все фермы были заброшены, скот разбежался, поля не засеяны. Пока к нам из Штатов шли конвои с продуктами – проблем не было. А вот как конвоев не стало… Вот тогда и пришлось нам переходить на подножный корм. В порядке вещей было, когда рядовых отправляли за лесными плодами и когда офицеры на охоту ходили не для развлечения, а для пропитания. Вот японцы и ждали, пока у нас не кончится горючее и пока наш пятидесятитысячный гарнизон не ослабеет от недоедания. И однозначно на совести блокировавших Тасманию джапов лежат жизни погибших от голода местных жителей. Нам ведь самим есть было почти нечего, а суда Красного Креста с продуктами для интернированных японцы на остров не пропускали.

– И вы вот так сидели и ничего не делали?

– А что нам оставалось, Фил? Из кораблей у нас было всего четыре или пять эсминцев и сторожевиков. Топлива для самолётов оставалось буквально на один вылет. У морпехов патронов-снарядов – на один хороший бой. Танков на Тасмании не было изначально. Связь с внешним миром только по радио. Или… Раза четыре за время нашего сидения там к нам прорывались одна-две наши подлодки. Но что они могли нам привезти? В общем-то, джапы могли нас взять тогда голыми руками, особо не напрягаясь. Но они тянули время, и, скорее всего, у них не было достоверной информации о состоянии дел у нас на острове. И вот в конце июня 44-го джапы очередной раз предложили нам капитулировать, только теперь они ещё и угрожали в случае отказа засыпать Тасманию бациллами чумы. Штаты нам ничем не могли помочь, и командование решило, что у нас нет другого выхода, как капитулировать.

– Но ты же, Тед, не был в плену у японцев! Значит, всё же нашёлся выход…

– Да. Нашёлся. Ещё в начале 43-го в Австралию пригнали три или четыре эскадрильи новеньких транспортников «С-54». А к лету 44-го их у нас осталось пятнадцать штук.

– И вы на них улетели?

– Да нет же, Фил. Дальность полёта «С-54»[111]лишь самую малость больше, чем у «В-17». Но фишка была в том, что «Скаймастер» мог взять на борт почти полторы полных заправки для «В-17».

– Вы дозаправлялись в воздухе?

– Нет, конечно. Тогда у нас ещё не было такого оборудования. Всё было организовано по-другому. Мы собирали топливо по всему острову. И собирали топливные бочки. Затем заправили под завязку все наши двадцать две «крепости». Заправили все «Скаймастеры» и запихнули в них по максимуму бочки с топливом. И за несколько часов до капитуляции Тасманийского гарнизона наша сборная эскадрилья взлетела и взяла курс на северо-запад.

– Но там же, насколько я помню географию, Австралия!

– Да, Фил, мы полетели в Австралию. Идея была вот в чём. И тогда, как и сейчас, Австралия была весьма малонаселённой страной. И мы рассчитывали, что где-нибудь на подлёте к её западному побережью мы сможем найти подходящую площадку для посадки. Места там почти пустынные. Жителей тоже почти нет. Так что были шансы сесть там и дозаправить наши «В-17» топливом из «С-54».

– Судя по всему, всё у вас срослось.

– Почти. У нас было намечено несколько площадок и сельских аэродромов. Почти через двадцать часов полёта (нам приходилось ориентироваться на более тихоходные «Скаймастеры») мы добрались до первой площадки, и она оказалась свободной и безлюдной. Фермерский стан Кулаванья. Там и взлётка была для сельхозавиации, и обширные, вытоптанные овцами плоские поля. Садись где угодно. Ведущий сделал круг над этой пустошью и дал команду на посадку. Все тридцать семь машин сели. И началась суета. Своих техников-механиков мы взять с собой не смогли, всё свободное место в самолётах было отдано под топливо. И даже транспортники пилотировали не их экипажи, а лётчики из экипажей «крепостей». Потому как «Скаймастеры» после заправки должны были быть нами уничтожены. Заправка затянулась на несколько часов. Близился вечер, и командовавший перелётом полковник Лемей решил, что стоит здесь задержаться до утра. Зря он так решил. Хотя лететь дальше без отдыха тоже было плохой идеей. Ночной полёт над океаном с уставшими пилотами – та ещё рулетка. Перекусили, выставили кое-какое охранение из бортстрелков, а пилотов отправили спать. Под утро к нашему лагерю выскочило несколько джипов с австралийскими рейнджерами. Завязался бой. Нам повезло. Несколько борт-стрелков, в том числе и я, успели добраться до своих турелей в самолётах. А против нескольких крупнокалиберных «браунингов» пяток джипов и два десятка местных охотников не пляшут. Правда, в результате этой стычки эскадрилья потеряла пятерых лётчиков и бортстрелков, два «В-17» сгорели и ещё один имел повреждения в двигателе. Ещё три «Скаймастера» тоже сгорели, но им и так эта участь была уготована. Из показаний пары пленных австралийцев мы узнали, что в прошлом году в семидесяти километрах отсюда был открыт карьер по добыче асбеста. И приехавшие к нам гости – из его охраны. Какой-то местный пастух видел накануне нашу посадку и сообщил администрации карьера эту новость. Охрана по радио связалась с местными военными, и те попросили проверить информацию пастуха о посадке американских самолётов. Если подтвердится, то военные пришлют сюда что-нибудь. Пленных полковник Лемей приказал расстрелять. Не тащить же их было с собой. Да и по всем законам они не были военнопленными и попадали в категорию бандитов. Мы похоронили своих погибших, распределили по самолётам «безлошадные» экипажи (так к нам в экипаж попал полковник Лемей) и взлетели.

– И куда же вы полетели?

– Остров Диего-Гарсия. Тогда там ещё не было русской базы. До войны он числился за англичанами, но по нашей информации выходило, что когда мы в конце зимы 43-го эвакуировали свои части из Персии в Австралию, то по пути вытряхнули невеликий английский гарнизон оттуда, и вроде бы там должен теперь быть наш гарнизон. Из-за утреннего боя мы вылетели на полтора часа позже и поэтому к Диего-Гарсии мы подлетали уже после заката. На острове нас не ждали. Мы ведь вообще никому не сообщили о нашем перелёте. Была опасность, что джапы или англичане попробуют нас перехватить или с аэродромов в Австралии, или авиагруппами своих авианосцев. И вот мы прилетели, кружим в небе, орём в радиостанции, а с земли ни ответа ни привета. Молчок. Взлётная полоса не подсвечена. Как садиться? Там взлётка хоть и длинная, больше двух километров, но начинается у самого берега и обрывается тоже в воду. Топливо заканчивается. Лемей приказывает Барри пройти на бреющем над взлётной полосой, а бортстрелкам приказывает пускать сигнальные ракеты. И тут на земле проснулись. Сторожевик там у пристани стоял. И с него по нам вмазали из зенитных пулемётов. По нам не попали. Но один из наших самолётов шарахнулся от этой пулемётной очереди и столкнулся с другим. Слава господу, на острове были наши, и они разглядели, что самолёты свои и прекратили огонь. Но у нас ещё два экипажа в минусе. В общем, взлётку нам подсветили, и оставшиеся в нашей эскадрилье семнадцать «летающих крепостей» сели на остров. Это было 4 июля.

– День независимости!

– Да, символично. Мы вырвались. Но на острове нас ждало разочарование. Там был совсем крошечный гарнизон. Взвод зенитчиков при трёх зенитках, один сторожевик и три торпедных катера. И раз в месяц приходил какой-нибудь небольшой транспорт с продуктами и топливом для генераторов и катеров. И ни капли нужного нам авиационного топлива. Мы, конечно, связались с командованием в Штатах, и оно обещало прислать нам топливо. Но когда это будет, никто точно сказать не мог. И началась наша робинзонада. Четыре месяца мы купались, загорали, ловили рыбу и сшибали кокосы. Курорт, скука. Про нас, похоже, все забыли. Мы бы, наверное, так там, на Диего-Гарсии, и до конца войны просидели…

– Но ведь не просидели?

– Да, Фил, не просидели. Благодаря жадности одного индийского раджи.

– ?

– Ну всем известно, что после гибели наших парней на Северном Острове практически весь 44-й год почти не было боевых столкновений между нами и японцами. Нам нечем было до них дотянуться. Новые корабли начали входить в строй только во второй половине того года, а у тогдашних наших самолётов не хватало дальности, чтобы просто дотянуться до Японии, не говоря про то, чтобы вернуться после этого обратно. Русские тогда с джапами не воевали и не пропускали через свои территории наши боевые самолёты. Был вариант воспользоваться территориями, контролируемыми китайским Гоминьданом. Но и до Китая можно было тогда только через Индию долететь, ведь Бирма, Таиланд, Индокитай были под японцами. А в Индии идёт гражданская война. Все воюют со всеми. Хрен разберёшь – кто хороший, а кто плохой. Но наши умники из разведки как-то умудрились договориться с одним тамошним раджой. Раджа соглашался принять наши самолёты на контролируемом им аэродроме. За это ему отдавали тысяч двадцать старых винтовок и уйму патронов к ним. Вот тогда и родилась в Вашингтоне идея ударить по Японии из Китая. Из Штатов, через Бразилию, Либерию и Танзанию, в Индию вылетела авиагруппа из сотни новеньких «В-17» серии G. Перед этим, естественно, на все промежуточные аэродромы кораблями забрасывалось топливо и техники. До Индии не долетело из-за разных причин шесть машин. Там последняя остановка у парней была перед Китаем. Но аппетит приходит во время еды. Индийский раджа увидел прилетевшую к нему мощь и отказался выпускать самолёты, пока ему не доплатят. А плату требовал химическим оружием.

Пока они там торговались и ругались, пока из Штатов пришёл транспорт с бочками иприта, прошло два месяца. Но тут вдруг тамошний раджа погибает в каком-то боестолкновении. А его наследники заявляют, что ни о чём с американцами не договаривались. Один наследник заявлял, что всё, что находится на индийской земле, принадлежит индусам. Другой – что согласен выпустить самолёты, только если половину бомбардировщиков ему подарят. Слово за слово. Несколько боёв вокруг аэродрома, и побеждает второй наследник, но в результате тех боёв уничтожено сорок машин из девяноста четырёх. А новый раджа требует половину от изначального числа. Семь бомбардировщиков в Китай отправлять? Несерьёзно. Новые гнать? Это опять история на пару месяцев. Вот тогда в Вашингтоне и вспомнили про нас. С раджой удалось договориться, что ему останется в подарок тридцать пять машин. И, соответственно, в Китай полетят девятнадцать новеньких «В-17» и семнадцать наших потрёпанных «крепостей». Мы ещё пару недель ждали прихода на Диего-Гарсию танкера с топливом и после его прибытия сразу же вылетели в Индию. Отдых, дозаправка и сводная авиагруппа вылетает через Гималаи в Китай. Уже было начало ноября. В тамошних горах – это зима. Хреновая погода. Радиомаяки в горах не работают. В общем, из тридцати шести машин до гоминдановского аэродрома добралось только двадцать семь.

– И вы начали летать бомбить японцев?

– Не тут-то было. Чем бомбить? Китайцы, когда планировалась эта операция, утверждали, что у них ещё от «Летающих тигров»[112]остались склады с бомбами. Но, как оказалось, китайцы, спасая эти склады от налётов японской авиации, растащили их содержимое по множеству пещер. И нам ещё пару недель пришлось ждать, пока необходимый нам боекомплект доставят на наш аэродром. Генералы из Вашингтона планировали просто провести ещё одну бомбёжку собственно японской территории. Но полковнику Лемею, назначенному командиром нашей сборной авиагруппы вместо прежнего – разбившегося в Гималаях, простая бомбёжка не легла на душу. И он принялся изобретать. Японцы в Китае использовали наши трофейные, доставшиеся им в Австралии «В-17». Они только перекрашивали их в свой камуфляж. Вот пока китайцы на своих повозках таскали бомбы на наш аэродром под Уханью, мы перекрасили нашу «крепость» в японские цвета и отправились на разведку.

– На разведку?

– Да, мы полетели в Японию. Мы прошли над Хонсю до самого Токио. Все бортстрелки имели в том полёте фотоаппараты, а Кларк непрерывно снимал японскую землю на кинокамеру. К нам несколько раз подлетали японские истребители, но наш японец Бен, натасканный китайскими контрразведчиками, что-то лепетал по радио, и джаповские лётчики-пэвэошники от нас отставали. В общем, тот полёт прошёл без последствий для нашего самолёта, но мы сожгли себе кучу нервов. На нас играло ещё то, что японцы были тогда уверены в своей недосягаемости. Это в 45-м мы начнём трепать их метрополию с авианосцев, а пока небо над Японией было спокойным, и джапы расслабились. Налёт на Токио полковник Лемей назначил на 24 ноября. Это был День благодарения. Первым взлетел наш самолёт. Через десять минут в воздух поднялись все остальные самолёты нашей авиагруппы. Они тоже уже были перекрашены в японские цвета. Иначе шансов бы у них не было добраться до Токио. Взлетели мы утром. Восемь часов полёта. Скоро уже будет Токио. Повинуясь приказу полетевшего с нами Лемея, Барри начинает снижение. Мы опускаемся почти до самой земли. Идём на высоте менее тысячи футов[113].

Ужас! Земля мелькает под нами. Как там можно хоть что-то разглядеть? Лемей и Кеннеди возятся с бомбовым прицелом. Оуэн кричит им ориентиры. Смотрю вниз через бронестекло турели. Уже мелькают джаповские домишки. Видно, как жители удивлённо задирают головы. С земли затявкали зенитки. Но уже поздно. Они опоздали. Лемей даёт команду на сброс.

Вниз пошли десять девятисоткилограммовых фугасок. Мы взяли их в перегруз. Кларк всё снимает на камеру. Бомбы проламывают крышу императорского дворца. Больше нам ничего не видно. Мы уже далеко, и только «трепло-Джо» из хвоста восторженно орёт: «Трындец халупе!» А дальше были переживания. Конечно, развалить дворец японского императора – это немало. Но нам очень хотелось, чтобы и сам император там был в момент бомбёжки. Обратного пути у нас не было. Из-за полёта на небольшой высоте и взятых в перегруз бомб мы сожгли слишком много топлива, и нам оставалась только дорога к русским, во Владивосток. Три раза наш самолёт пытались перехватить японские истребители, но у них, как видишь, Фил, не получилось. Нет, дырок-то они нам наделали и даже один движок нам вырубили, но мы всё равно дотянули до русского аэродрома Унаши под Владивостоком. Вот только Джо Кеннеди схлопотал крупнокалиберную пулю в живот и умер ещё в воздухе. А «трепло-Джо» наконец-то обзавёлся настоящим боевым ранением… в задницу. Ох и верещал он тогда. Про то, как остальные наши самолёты отбомбились, мы узнали уже от русских. Токио тогда сравнительно легко отделался. Были пожары. Японцы заявили о двух тысячах погибших в Токио. Из нашей эскадрильи в Ухань вернулось восемнадцать самолётов. Экипажи ещё пяти машин смогли дотянуть до контролируемой китайцами территории и выброситься с парашютами. Два «В-17» было сбито японцами над Токио, и их экипажи погибли. Один «В-17» сел на японской территории в Китае, и его экипаж попал в плен. Японцы, разъярённые гибелью своего императора, в тот же день наших парней казнили.

[108] Реальная история.

[109] Дональд Майер Блинкен (род. 11.11.1925) – американский дипломат и бизнесмен. Во время ВМВ служил в ВВС США. Отец Энтони Блинкена – Государственного секретаря США (с 26.01.2021)

[110] Коренное, аборигенное население Тасмании было полностью уничтожено английскими колонистами к концу 60-х годов XIX века. Так что под «местными» здесь понимаются австралийцы-тасманийцы британского происхождения.

[111] «Дуглас С—54», «Скаймастер» – американский четырёхмоторный военно-транспортный самолёт. Принят на вооружение в 1942 году. Дальность полёта – 6400 км, грузоподъёмность – 14,7 тонны.

[112] «Летающие тигры» – обиходное название авиационного подразделения американских добровольцев, воевавших в Китае на стороне Гоминьдана в 1941–1942 годах. В РИ – весной 1943 года на базе этого подразделения была создана американская воздушная армия в Китае. В АИ – из-за захвата Японией Бирмы снабжение из США «Летающих тигров» прекратилось. Все самолёты подразделения либо погибли в боях, либо были списаны из-за выработки ресурса. Оставшиеся в живых лётчики подразделения были эвакуированы в США через Советский Союз.

[113] 300 метров.