Высокий, крепкий, плечистый... Он был выше её на голову. Его мускулистое тело, обнажённое до пояса, и смущало, и восторгало, и привлекало. Мария не знала, куда смотреть. Когда же она остановила взгляд на его глубоких и полных печали глазах, забыла всё...
Глава 25 (смотреть в глаза,... ворон напугал...)
Закрыть
Печальный взор в сиянье глаз.
Здесь то, что мы сказать не смеем.
В нём жизни боль, жизни рассказ.
В нём то, что ты сказать не смеешь.
Быть может, станем ближе мы.
Быть может, разбежимся снова.
Встанем у света или тьмы,
Расскажем всё или ни слова.
В твоих глазах столько сиянья!
За что ругают люди зря?
Иль, может, всё ж попалась я,
Околдовал ты, взглядом заговоря...
Глядя в глаза Виллиама, Мария погружалась в приятный поток тепла. Что-то притягивало... Красивый взгляд, магический и... до глубины души трогающий печалью. Многое читалось в этих глазах и хотелось в них смотреть ещё долго.
Закрыть
Виллиам сам застыл, как она, уставившись в свет её глаз, полных блеска, растерянности и нежного сердца. Только одна мысль побудила его вернуться в реальность, и Виллиам с тревогой взглянул на палец, рану на котором Мария так и зажимала, чтобы не струилась кровь:
– Вы же ранены!
Мария тоже очнулась. Она резко взглянула на палец, с которого капала кровь. Снова испуг. Снова тревога. Только Виллиам спешил скорее помочь:
– Сейчас! Не падайте в обморок!
Он подбежал к комоду, достал оттуда какую-то коробочку и вернулся с повязкой. В считаные секунды Виллиам перевязал палец Марии, и их взволнованные взгляды снова застыли друг на друге. Снова воцарилась тишина.
Закрыть
Странное чувство, новое, дарящее покой и радость ласкало обоих. От него было приятно. Останавливать всё это совершенно не хотелось, но Мария стала ощущать смущение. Она опять обратила внимание на обнажённый торс Виллиама и не знала, куда смотреть.
– Я, – выдохнул Виллиам, заметив её реакцию. – Я вас смутил.
Он скорее схватил лежащий на краю постели халат, надел его, подвязав поясом, а взгляд пал на клинок на полу. Тот лежал у ног Марии, и Виллиам поднял его, положив под подушку.
– Вы оставили его у двери, зачем? – удивилась Мария.
– На самом деле, я его забыл, – улыбнулся Виллиам краем губ. – Обычно кладу под подушку.
– На вас часто покушаются? – не скрывала искреннего переживания Мария.
– Бывало, привык, – тише и глубже прозвучал ответ. – Но данная особа меня не смогла бы убить.