Резко срываюсь с места и подскакиваю к Элли. Руки чуть подрагивают. Аккуратно обламываю торчащую из виска стрелу. Перевожу растерянный взгляд на Аню. Она без сознания. Пара ссадин от падения с лошади и переломы. Но жива.
Вновь смотрю на Элли и молча закрываю ей глаза. Чёрт…
***
— Ты не говорил, что эта тварь такая живучая! – проорал тифлинг, спрыгивая с ещё не приземлившейся воздушной повозки и буквально сметая ожидавшего их людоящера. – Он словил половину стрел, да ещё и был в шаге от взрыва! Так какого лешего он просто встал и отряхнулся?!
— Уссспокойсся, – попытался как-то охладить пыл собеседника довольно субтильный людоящер.
— Да как я могу успокоиться, тупая ты лягушка?! Тварь убила моего брата!
В этот момент на лесной поляне резко все замолчали. Замолчал тифлинг. Оборвал вдох собиравшийся что-то сказать людоящер. Не посмели проронить ни звука ещё трое присутствующих разумных. Даже пара лошадей, казалось, превратились в статуи.
Всех сковал первобытный Страх.
Шрух. Шрух. Шрух.
Под ногами шуршала трава, но никто не мог найти ЕГО взглядом, даже зная, где ОН стоит. Их разум отказывался воспринимать ЕГО. Волны голодной ярости терзали их души. Давящее ощущение силы не позволяло даже шевельнуться. Сметающий барьеры разума Страх затапливал сознание.
— …, – ОН что-то говорил, но слова проходили мимо сознания, понемногу рассекая сами души. – … … … .
Шурх. Шурх. Шурх.
Людоящер упал на землю, не в силах отвести взгляд от фонтана крови, бьющего из обрубка шеи тифлинга. И зачатки магических способностей упрямо твердили, что бедняга оставался живым. Душе просто не позволяли покинуть тело. На землю упали покрытые татуировками когтистые руки. В боку тифлинга появилась рваная рана, и на ноги людоящера вывалились тёплые потроха.
Шурх. Шурх. Шурх.
Тишину рассекает едва слышный стон, вырванный из горла одного из охотников. Но даже он кажется всем громче молнии ударившей рядом с тобой. И вновь всё смолкает, а на траву падает ещё один живой труп.
"Это лишь кошмар… Да, это всего лишь кошмар", – пронеслось в голове людоящера. – "Не могло всё…
Шурх.
… так…
Шурх.
… закончиться."
Шурх.
Шаги стихли возле его головы. Резкая боль пронзила, кажется, всё тело, и он осознал себя висящим в воздухе. И только сейчас, находясь в крепкой хватке ЕГО когтей на грани жизни и смерти, он сумел увидеть своего убийцу, чтобы уже через мгновение оказаться у ЕГО ног. Вернее, там оказалась его голова, а тело с заключённой в нём душой продолжало страдать, раздираемое когтями. Неприкасаемым остался только маленький кусочек груди, из которого торчал обломок стрелы.
***
Я молча бросил горящий факел и отошёл на два шага от заревевшего пламени. Скосил взгляд на утирающую слёзы Аню и беззвучно вздохнул. Вновь перевёл взгляд на пожираемое жадным пламенем тело. Грустно это. Да, хорошими друзьями мы не стали, но Элли была хорошим товарищем. Надеюсь, следующая её жизнь будет не такой трудной.
— Удачной дороги, – едва слышно прошептал я, глядя на танцующие в ночном небе искры.
Глава 36
Ударом гитары отбрасываю от себя какого-то мутанта, который хотел откусить от меня кусок. Впрочем, вновь на меня бросаться у него резона нет, потому что туша Левиафана достаточно большая.
По телу прокатывается волна магического пламени, выжигая всякую дрянь в крови и на коже и залечивая мелкие раны. А в следующее мгновение я падаю на колени. Сил практически нет, и хочется просто лечь на мокрый песок и никогда больше не шевелиться. Но из груди вырывается сдавленный рык, и я поднимаюсь на ноги.
— Ты в порядке? – участливо поинтересовался Ион, тактично отводя взгляд и протягивая кусок какой-то ткани, типа простыни.
— Сам подумай, – огрызнулась я, накидывая на обнажённое тело тряпку. – Я три дня заживо переваривалась.