Ушей я за всем остальным не рассмотрела, но поверила ему на слово, надеясь, что длинные - это не как у Будды, с оттянутыми до плеч мочками.
- Как надо длинные, - заверил бог.
- У Элизабет в роду были эльфы, - припомнила я.
- В прошлом, после заключения мира, некоторые договоры скреплялись брачными союзами. Но очень редко. Возможно, если бы ты этого не написала, вообще не было бы: это людская традиция, эльфам она непонятна.
- Договоры скрепляли? - снова хлюпнула носом я. - А любовь?
- Между эльфом и человеком? - уточнил Мэйтин таким тоном, что от нахлынувшей безнадеги захотелось усесться прямо в снег и разреветься, но я смогла взять себя в руки.
- Рассказывай, - потребовала у божества. - О чем я писала, о чем не писала и о чем писала, но не так, как оно получилось.
- Получилось именно так, как писала, - заявил Мэйтин уязвленно. - Понятнее писать надо.
Сейчас еще и виноватой сделают.
Развлекалась я, вот и впихнула в книжку все, что мне хотелось бы. Канализацию, например. Поезда, дирижабли. Телефон, по которому из любого корпуса можно дозвониться ректору. Анализ крови, которого, по-хорошему, тут еще не должны были бы уметь делать, но в третьей главе Мэгги рассказывала о практике и упомянула исследования крови. Я с ненавистью поглядела на желтые бумажки: ускорила прогресс на свою голову!
- Нормально вышло, - утешил Мэйтин. - К тому же, у нас тут магия, а это фактор немаловажный. Естественно, наука развивается другими темпами и идет другими путями. Скоро со всем разберешься по воспоминаниям Элизабет. А что не вспомнишь - сама узнаешь.
- Угу. Испытаю на собственной шкуре.
- Вот именно! В хорошем смысле, конечно же.
И почему чем дольше я его знаю, тем меньше доверяю его словам?
Мэйтин мысленный вопрос проигнорировал.
- Куда сначала? - полюбопытствовал он, кивнув на листочки с распоряжениями ректора. По задумке автора, моей, то есть, злосчастные бумажки невозможно было ни выбросить, ни потерять. В огне они не горели и в воде не тонули, а за попытку избавиться от желтой карточки можно было схлопотать красную.
- Кровь сдавать, - ответила я угрюмо. - Натощак, как положено.
Потом уже пороюсь в заемной памяти и наскребу что-нибудь на зачет по драконам... Нет, ну сложно было Оливеру оказаться одним из них?! Потому что белобрысый божок прав, если мир и люди, его населяющие, хотя бы на пятьдесят процентов реальны, без предназначения этот красавчик в мою Элси не влюбится. А в книжке все логично выходило...
- Логично? - Мэйтин насмешливо хмыкнул.
- Логично, - промычала я. - Любовь зла. И не такие влюбляются. И не в таких.
- А, если в этом смысле.
- Ты же бог! - накинулась на него я. - Сделай так, чтобы он меня... ее полюбил!
- Я не такой бог.
- Ты - никакой бог! Ничего не знаешь, ничего не можешь. Зачем такой нужен?
- Тебя вот привел, - передернул он плечами. - Пойми, я не бог-создатель. И не бог-вершитель. Я - бог-покровитель. Это как в твоей любимой античной мифологии. Почти. Там боги тоже всемогуществом не отличались. И люди их все время обмануть норовили или украсть у них что-нибудь. Вот и я такой.
Бедный, несчастный, всеми обиженный. Обнять и плакать.
- Поплачь, раз хочется, у тебя это хорошо получается, - разрешил он с ухмылкой. - Только обниматься не лезь.
И исчез.
Вот же угораздило меня! Мир непонятно какой, ректор непробиваемый, эльфы нечеловеческие, бог ни на что, кроме как авторов в книжки заманивать, не способный.
Но вариантов нет, нужно как-то со всем этим разбираться.