— Но, как бы это иронично не звучало, — подхватил Ясуо, — рано или поздно, его всё равно бы кто-то обнаружил. Не ты, так кто-то другой.
— Я больше скажу, — сидя в кресле и скрестив пальцы перед лицом, сказал Офеот. — В ту локацию частенько кто-то заходит. Но далеко не каждого из них тренирует Ясуо Окада.
— Вы хотите сказать, что знали всё наперёд? Просто ждали, что я когда-нибудь наткнусь на этот портал?
— Не совсем, сынок, — ответил Ясуо. — У нас разные взгляды. Например, профессор Кузнецов категорически против, чтобы в порталы кто либо ходил…
— И уж, тем более, я против, что бы кто-то тренировал людей, чтобы ходить в эти порталы, — вставил своё слово профессор. — Никогда не было такого, чтобы это чёртов меч добыл неподготовленный. Всегда. Ещё раз — ВСЕГДА — таковым оказывался ученик какого-либо великого мастера. А затем приходили хранители и у планеты оставалось два пути…
— Выстоять или быть поверженными, — озвучил варианты Офеот. — Так же, хочу отметить, что выстояли только те планеты, рыцарь которых был очень силён. Другие не смогли удержаться.
— Поэтому я считаю, что лучше подготовиться к битве, чем её оттягивать, — заключил Ясуо.
— Так что это за меч такой? — я скинул в пакет все опустошённые контейнеры и отложил его в сторону. — Вы так и не ответили.
— Это Собиратель Душ. Он же — убийца богов, — наконец, начал конкретизировать Офеот.
— А ещё это ключ к планете, — профессор Кузнецов встал со своего кресла, подошёл к окну и взглянул на космический корабль Хранителей. — Без этого меча они не смогут получить полный доступ к планете. Поэтому они сейчас тратят все силы на твои поиски.
— Плохо стараются, — усмехнулся я.
— Не надо недооценивать врага, — тут же упрекнул меня мастер Окада. — Твой враг безжалостен и намного сильнее тебя. В данный момент.
— А, если коротко, что именно делает этот меч? — никак я не мог понять таинственных фраз. — Какую дверь на нашей планете он должен открыть?
— Начинается, — профессор жестом руки попросил подойти к нему. — Огромная штука в небе — это бур. Те корабли поменьше, уже почти сутки готовят его к контакту.
С того момента, когда я последний раз видел эту штуковину, она малость изменилась. На ней появились какие-то светящиеся полосы и что-то вроде упоров снизу. А ещё стал виден лазерный канат, который крепился на самом верху этой бутылкообразной штуковины и уходил куда-то в космос.
— И что он собирается бурить? — спросил я, подойдя к профессору. — Нефть нашу хотят стащить?
— Ахахаах, нефтью их цивилизация давно уже не пользуется.
Внезапно космический бур издал оглушительный звук. Точно такой же, какой был, когда они только прилетели к нам.
Стекла зазвенили. Стены затряслись. С потолка посыпалась штукатурка.
— А теперь самое интересное. Смотри, — произнёс профессор.
Космический бур резко начал терять высоту. При чем с такой огромной скоростью, что с поверхностью земли он столкнулся уже секунд через пять.
Над городом пронеслась оглушительная звуковая волна, а земля вздрогнула так, будто началось землетрясение.
Все машины на улице завизжали синализациями.
Гигансткий бур был настолько высокий, что, казалось, рядом с Чебоксарами выросла гора, в полтора раза выше Эвереста.
Снова раздался звук, напоминающий инопланетную аранжировку того, как гудит пароход. А затем её подхватила городская воздушная тревога.
— И что эта хреновина будет делать сейчас? — подскочила ко мне Вика.
— Эта хреновина сейчас будет прогрызать земную кору до самого ядра, дитя моё, — отчего-то профессор наблюдал за этим представлением с изумлением. — А когда дойдёт до него — наше время иссякнет.
— Я же говорил, — Офеот тоже покинул своё мягкое кресло. — Это твои песочные часы, Рыцарь Порталов. Пока они бурят, Земля жива. Как только они коснутся ядра — планета мертва.
— Они что, растопят ядро и взорвут Землю? — предположила Вика.
— Нет, их не уничтожение интересует, — пояснил профессор Кузнецов. — Ядро каждой из планет совсем не то, каким его представляет себе человек. Это не просто его самая твёрдая часть, богатая металлом. Это разум очень древнего существа, перепрограммировав который можно управлять этой планетой.