Читать книгу «"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19» онлайн.

Без Государя и Бога в момент не стало Отечества. И эта гибель самого дорогого была намного страшнее самых больших жертв, которые довелось перенести и Радену, и всем его товарищам. Порою боль была такой, что хотелось одним выстрелом оборвать мучения, не видеть происходящего, не думать о нем…

Даже сейчас, стоя рядом с очаровательнейшей девушкой, ротмистр не мог до конца радоваться свиданию, подаренному ему жадноватой на хорошее судьбой. Если же и радовался, то поневоле стыдился своего несвоевременного чувства.

– Как вы устроились, Ольга Васильевна? – уходя от темы разговора, спросил барон.

– Как можно устроиться дома? Ах да, чуть не забыла. Тетушка очень хотела вас видеть. Просила заходить в любое время. Она всегда рада господам офицерам.

– Всенепременно зайду. Особенно если там будете вы, – склонил голову ротмистр.

– Я чаще буду здесь, – улыбнулась Ольга.

– Тогда постараюсь получить рану. Лежать, когда за тобой ухаживает такая сестра… – В комплименте Радена поневоле прозвучал отблеск подлинного чувства.

Ольга улыбнулась, но тон голоса был суров.

– Я ценю вашу галантность, барон, но я же просила вас относиться ко мне исключительно как к члену отряда. Вы же не делаете комплиментов своим товарищам-офицерам!

– Но они мужчины. И потом, я ничего не обещал.

– Ну почему вы все одинаковы? Неужели, если рядом девушка, то на нее обязательно надо смотреть со смесью восхищения и затаенного превосходства? Мол, она – слабое создание и обязательно нуждается в ухаживании и защите. Я, кажется, доказала вам, что умею не только вышивать крестиком.

– К своему стыду и немалому горю, я не видел вашего вышивания. Только стрельбу, – со вздохом ответил Раден.

– Не шутите, барон!

– Какие же тут шутки! Это печальная истина.

Девушка бросила на ротмистра возмущенный взгляд. Только эффект от него получился прямо противоположный. Раден избавился от несвойственной ему нерешительности и теперь смотрел на Ольгу, нет, не как на товарища, а как на исключительно хорошенькую представительницу прекрасного пола.

До Ольги вдруг дошло, что барон в самом деле не видел ее ни вышивающей, ни делающей любую другую традиционно женскую работу, и она рассмеялась.

Раден весело вторил ей, словно вокруг лежал уютный прежний мир без зловещих тревог и забот.

– Простите за наглость, Ольга Васильевна, но, может, вы покажете мне город? Я же тут ничего не знаю. Нет, не сейчас, а как только появится возможность. Вдруг задержимся здесь надолго, так хоть чтобы иметь представление…

По тону ротмистра близко его знавшие могли понять, что в задержке Раден не уверен.

– Когда у нас будет время – покажу, – улыбнулась Ольга.

Она была настроена более оптимистично и считала: там, где находится бригада, все будет в полном порядке. Словно несколько сотен человек способны не только защитить город со всех сторон, одновременно поддерживая в нем порядок, но и наладить нормальную жизнь. Если же учесть зависимость города от подвоза продуктов…

– Скорее бы! – вырвалось у Радена.

Солдатское счастье переменчиво. Мандрыка сумел сохранить свою школу посреди всеобщего развала, организовал оборону против запасных солдат, а затем – против банды из Рудни, продержался ночь, а на рассвете, когда до победы оставались считанные часы, был застрелен молодым прапорщиком. Без видимых причин и повода.

Наверное, молодые люди думали одинаково. Иначе чем объяснить, что Ольга вдруг стала серьезнее и произнесла:

– Знаете барон, что самое странное в смерти полковника Мандрыки? Я потом, когда рассвело, заметила и даже показала Павлу Петровичу… Шея у убийцы была прокушена.

– Как? – не понял Раден.

Ему показалось, что Ольга сейчас расскажет сумасшедшую историю о том, как полковник в последний момент пытался зубами перегрызть горло напавшему на него офицеру. Или того хуже: это старый воин таким странным образом напал на юнца, и последний стрелял, защищаясь.

Радена очень трудно было удивить. С первых дней войны он был на фронте. Неоднократно бывал в самых разных переделках, из которых выходил с честью. Свидетельством его удали было пять боевых орденов, вплоть до «Владимира», и Георгиевское оружие. Но теперь он был даже не удивлен – изумлен до последней степени.

Очевидно, чувства ротмистра отобразились на его округлом лице, и Ольга сочла нужным пояснить:

– Павел Петрович говорит, что впечатление такое, словно кто-то прокусил прапорщику вену и пил кровь. Но к моменту появления в комнате Мандрыки кровь уже свернулась.