Читать книгу «"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19» онлайн.

— Тоже мне — нашел, кого цитировать.

Женька запустил пятерню в короткий ежик волос, потом поднялся, прошел на кухню, и я услышал жалобное звяканье бокала и деревянный хлопок барной дверцы.

ГЛАВА 19

Андрей Винокуров. Совет и решение

Так и хочется сказать — мы заседали в Колонном Зале Капитула. На самом деле зал не был колонным. Скорее его можно было назвать «статуйным». Все пространство зала занимали скульптуры, большая часть которых изображала женщин разной степени распущенности (Женька выразился бы крепче и конкретней), а также воинов в полном боевом обмундировании с оружием в руках, застывших во всяческих эффектных героических позах. Смысл сего, как мне представлялось, доходчиво излагала фраза типа: «сражайтесь, храбрые мужи, и будете соответствующим образом вознаграждены». За высоким белоснежным мраморным столом кроме меня располагались пятеро Авгуров: Спириус собственной персоной, уже знакомый мне Северин, Юстина (сегодня в более скромном одеянии, чем обычно) и еще трое граждан, доселе мне неизвестных: Квирина — блондинка с коротким каре в длинной тоге, похожей на банную простыню, Тибериус — молодой парень, слабо гармонирующий со своим звучным именем и смахивающий на стриптизера из ночного клуба в отставке, такой же рельефный и слащавый, Ювеналий — в противоположность Тибериусу, могучий, суровый, мрачный мужик в кожаном панцире со свежим багровым шрамом через всю шею. Шрам меня позабавил, так как любое целительное зелье легко могло его убрать, но, видимо, Ювеналий оставил рубец из соображений украшательства своего и без того брутального обличья. Помня о подсознательном стремлении людей к идеалу и их стандарту мышления в формате книжной иллюстрации или киношной картинки, я украдкой придирчиво рассмотрел внешность лидеров Альба Лонга и без труда определил их кумиров. Квирина — омоложенная копия Мэг Райан, Тибериус — бесстыдный плагиат с Колина Фаррела, а Ювеналий походил на старшего брата Джэйсона Стетхэма, обожравшегося в молодости стероидов. Юстина отличалась индивидуальностью. Не успел я мысленно отправить ей по этому поводу комплименты, как сам себя тут же оборвал. Стоп! Она же… Не может быть! Это же точь-в-точь Ракель Уэлч, загораживающая своим сексапильным телом ход в стене в фильме «Побег из Шоушенка»! Молодцы! Все как один! Я на Совете Авгуров или на заседании Киноакадемии? Кому вручаем «Оскара»? А Спириус говорил, что артисты вышли из моды! Брехня! Любопытно, на кого похожи в Мидгарде Елена и Арина? Может быть, моя женушка избрала себе внешность Энди Макдауэлл? Или Камерон Диас? Мои размышления прервал Верховный Авгур, предоставив мне право вступительного слова.

Я поблагодарил Спириуса за честь и ничтоже сумняшеся доложил высокому собранию сильных мира сего о нашем «косяке», после чего умолк, ожидая их реакции. Первым нарушил молчание Северин:

— Удивительная беспечность с твоей стороны, гражданин Спириус. Оставить неофитов предоставленными самим себе на первой неделе их пребывания в Баркиде с учетом их миссии — это крайне легкомысленно.

Остальные по-разному выразили свое согласие с Северином. Спириусу ничего не оставалось, как признать свою неправоту:

— Действительно, я совершил опрометчивый поступок. Единственное мое оправдание заключается именно в специфичности их задания: излишняя опека со стороны моей персоны неизбежно привела бы к огласке. Тем более что им вскоре предстояло действовать самостоятельно. Оберегать их до конца от возможных опасностей означало бы заведомо приговорить обоих к верной гибели…

— Ты здесь ни при чем, Спириус, — вступился я. — Мы сами ошиблись, что теперь поделаешь — ядерная бомба почему-то всегда попадает в эпицентр. Нобилис хотел форсировать обучение. Не рассчитал силы.

— Это снижает наши шансы вдвое, — пробормотал Тибериус.

Я заметил презрительный взгляд, который бросила на него Юстина. Она не проронила ни слова с самого начала Капитула. Строгая дама. Не увидь я ее в реале — симпатичную молодую женщину, явного технаря к тому же, — я бы предположил, что передо мной типичная школьная училка. Сухая, как вобла, с вечно поджатыми губами и склонностью к нотациям, в Баркиде по ошибке влезшая в тело умопомрачительной красотки.

— С Нобилисом все ясно. Переродится монстром, будет помогать по мере возможностей. Полагаю, что высшим ему не стать, возродится кем-то вроде сатира. Хорошо бы хищником. Легче будет вернуться самостоятельно, — вновь подал голос Спириус. — Предлагаю обсудить идею миссии. Сам способ проникновения в Баркид. Самый первый этап — как им туда внедриться. Что-то планировать дальше малоперспективно, поскольку мы толком ничего не знаем из ныне происходящего. Словом, дальше им придется действовать по обстоятельствам.

— Помнится мне, что Африкан говорил о своем филиале, дескать, с ним утрачена связь. Может быть, мне сыграть роль торгового эмиссара? Коммерсанта? — предложил я. — Прибыл, чтобы восстановить хозяйство, и все такое. Купцов вешают редко. Свободное предпринимательство во все века заслуживало уважения.

Спириус отрицательно покачал головой.

— Ни один Игрок не станет служить другому в торговых делах мальчиком на побегушках. Это исключено. Африкан — известная фигура даже в самом Баркиде. Такой план будет раскрыт сразу.

— А если я типа купил его бизнес?

Юстина тряхнула челкой и первый раз вступила в беседу:

— Если обман раскусят, то пощады не ждите. Питомцы обычно не отлетают далеко от хозяев, но все одно — при желании можно быстро проверить информацию, послав кого-то наблюдать. Еще один минус — неизбежно придется довериться Африкану, а это крайне нежелательно. Проклятый космополит продаст нас за горсть сестерциев и еще будет считать себя правым. Очень ненадежная легенда.

— С Африканом лучше не связываться. Эта слепая свинья свой желудь все равно найдет. Или вас событие, произошедшее с вашим приятелем, ничему не научило? — хмуро вставила Квирина.

Она почему-то ко мне совсем не благоволила. Рассматривала, будто червяка, как бы оценивая — тот ли я мерзавец, которым она меня представляла, или еще хуже. Аналогичный взгляд я поймал у Тиберия. Первое, что мне пришло в голову, — они, видимо, были дружны с моей благоверной и теперь, предполагая мое осуждение ее (может быть, подробностями моей реакции с ними поделился Спириус), заочно начали меня презирать. Как показало время, я практически попал в точку.

— А почему бы нам не отправить в Баркид послов? — брякнул Ювеналий. — Прямо, честно, открыто. Для установления дипломатических отношений с Кезоном. Парламентеров вешают меньше, чем торговцев. В крайнем случае вернутся с предъявленным ультиматумом. Проведут переговоры об освобождении заложников. Ну не зверь же он, в конце концов? Должен понимать, что в реале жизнь обеих женщин под угрозой!

Здравое предложение воина неожиданно вызвало ехидные усмешки. Лично я ничего смешного в данном варианте не находил.

— Мы допустили несколько враждебных действий по отношению к Баркиду. Строго говоря, первыми нарушили нейтралитет. Официальные послы вслед за диверсионными и разведывательными группами — это выглядит несерьезно. Зная его биографию, легко можно предположить, что он вздернет нашу делегацию на первой попавшейся оливе. Тем более что в делегации парламентеров Альба Лонга будут представлять два неофита, а не фактические правители острова. Это просто насмешка! А ветеранами я рисковать не хочу. Категорически. — Решительно рубя воздух ладонью, Спириус поставил крест на предложении Ювеналия и вновь вопросительно поглядел на Совет.

— Есть вариант, — медленно, как бы прислушиваясь к своим словам, произнесла Юстина. — Потерпевшее кораблекрушение судно, выброшенное на берег Баркида. С официальным каперским патентом Альба Лонга. Наши скверные отношения с дакийцами на море ни для кого не секрет. На нейтральных островах между нами выросла целая колония из всяких мерзавцев. И дакийцы потворствуют, а может, и поощряют этот пиратский промысел. Поводов для морских рейдов у нас предостаточно. Потрепанный в бою корабль попал под трамонтану, [130]и его прибило к баркидскому берегу. Терпящая бедствие команда вызывает только сочувствие. Надо быть совсем конченым извергом, чтобы покарать моряков в такой ситуации. Народ Баркида и тот будет недоволен, если Кезон решится на репрессии.

Все задумались.

— Кгм… А что, неплохо? — спросил Северин.

— Разумно, — поддакнул Тиберий.

— Два неофита без Навигации пошли в рейд на каперской либурне? — скептически хмыкнул Спириус.

— Значит, с ними должен быть кто-то из ветеранов. Желательно не один. Случай бросает Кезону воинов непокоренной Альба Лонга. Великодушие правителя подскажет ему проявить милосердие к ним и добиться этим большего, чем прямой агрессией. Ветераны вступят в переговоры, а новички попробуют освободить пленников.

[130] Трамонтана — холодный и бурный порывистый северный ветер.