Он немного смягчился.
— Ясно.
— Рак прогрессирует. — Стелла намеренно говорила небрежным тоном, чтобы не было так больно. — Когда я задаю ей вопросы о прогнозе, она возмущается, словно я вмешиваюсь в ее личные дела. Наверно, так оно и есть, но я все-таки считаю, что меня это тоже касается.
— У твоей мамы такой подход к проблемам, — сказал Джордж. — Если о них не говорить, их не существует.
— Мы и не упоминаем о ее болезни и делаем вид, что ничего не происходит. Только отец все время обнимает ее сзади, когда мама наливает воду в чайник.
— Может, ты придаешь этому слишком большое значение? Ты действительно думаешь, что твоя мама решила собрать всех вместе напоследок?
— Она заказала еды на четыреста фунтов.
Джордж снова попытался откинуться назад.
— Да ты что? Совсем не похоже на Маргарет!
— И запланировала фейерверки. Одно из двух: или она уверена, что дни ее сочтены, или это деменция.
Джордж удивленно покачал головой.
— С ума сойти.
Маргарет была редкой сквалыгой. Проходя мимо помойки, она непременно останавливалась покопаться в ней, выуживала какую-нибудь лампу, коврик или ломаную игрушку и, радуясь своей добыче, оттирала с нее грязь. Чуть отмыть — и на eBay дадут за этот трофей пять фунтов.
Джордж уставился на Стеллу.
— Ну ладно, она хочет закатить вечеринку, это я понимаю. Но мне-то зачем туда идти?
Стелла посмотрела на свои тапки.
— Что молчишь?
Она не ответила.
Тут Джорджа осенило.
— Неужели ты…
Стелла по-прежнему молчала.
—Ты шутишь, Стелла? Ты до сих пор не сказала родителям, что мы разводимся?
Она сложила руки на груди.
— Для них это будет ударом. Я не могу ошарашить их такой новостью сейчас.
Джордж в изумлении покачал головой.
— Я сообщу им, когда буду готова, — пообещала Стелла.
Джордж подумал, что это та же самая тактика Маргарет: если не говоришь о проблеме, ее не существует. Он не смог подавить усмешку. Какая ирония.
Стелла подняла глаза.
— Что смешного?
— Ничего.