Наследник: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Дверь за особистом бесшумно закрылась. «Свободен, – мысленно повторил генерал. – Он-то, крысеныш, свободен. А я же никогда не освобожусь от пут, в которых запутался. И чем больше шебуршу, тем более запутываюсь. Вот и сейчас, повесил на себя этого беднягу Харитонова. Да! Дожил, товарищ генерал! Уже и ветеранов по твоей милости убивают! Удавить тебя, суку, за это мало! Романовы… Их музыка кончилась в 18-м! Не имеют они больше права претендовать на российский престол, после того как сами с него слезли. А ну-ка, пусть кто попробовал бы сковырнуть с трона его, Деева. Ух-х! Кровью бы харкали эти революционеры, кровью! Полстраны бы перевешал и расстрелял, но вторую половину бы спас. А где гарантия, что и этот не сдрейфит? Нет! Как говорится, не корысти ради, а думая лишь о благе Отчизны, власть должна быть в его ежовых руках. Других, кому можно доверить страну, нет. Короче, Россия – его крест, и живым он его никому не отдаст.

Из открытого настежь окна вдруг повеяло вечерней прохладой. Генерал взглянул на часы. Было что-то около семи. Бросив в селектор коротко «Едем!», он встал из-за стола и, подумав, подошел к холодильнику. Достав оттуда бутылку плеснул водки в стоящий там же граненый стакан и залпом выпил харитоновские фронтовые двести. Утерев рот тыльной стороной ладони и взглянув на надпись на бутылке «NO PROBLEM!», он, горько усмехнувшись, сказал:

– А у меня вот, брат, – проблемы, серьезные проблемы.

Затем, вернув все на свои места, закрыл холодильник и подошел к окну. Яркий солнечный диск зарывался в перину облаков, лежавших на самом краешке моря. Стоящие на рейде корабли были похожи на нахохлившихся птиц, ненароком заснувших на тронутой легкой зыбью водной глади. Чуть поодаль, за песчаной косою, резвилась в последних лучах заходящего солнца веселая стайка дельфинов.

Прикрыв окно, Деев взял со стола папку и, выключив свет, вышел из кабинета. Уже через минуту он оказался в своем автомобиле и только там понял, что проголодался, потому как с утра толком ничего не поел. Повелев: «В ресторан», он открыл папку с бумагами и погрузился в их изучение. Когда через четверть часа лимузин плавно подъехал к ресторану, он успел просмотреть их добрую половину. Выйдя из машины и кивнув бросившемуся открывать ему двери швейцару, он прошел в зал и сел за столик с табличкой «занято». Он всегда занимал это место. Отсюда все просматривалось как на ладони, и он любил, пока принесут поесть, наблюдать за другими, строя догадки, кто они и что их сюда привело.

Вот за дальним столиком у окна ужинает пара. Он достаточно взрослый, можно даже сказать, пожилой, а она девушка, почти еще ребенок. Со стороны может показаться, что это дочь и отец, но его наметанный глаз и жизненный опыт подсказывают, что это еще один Киса Воробьянинов, который, пытаясь поймать за хвост ускользающие годы, желает ослепить размахом очередную Лизу. Поодаль от них почтенная семейка – мать, отец и двое детей-одногодков, приступив к десерту, заедают ягоды мороженым. На открытой террасе какой-то банкет. «Зюганов, рискуя заработать грыжу, кричит, что людям жить стало хуже, – подумалось генералу. – А люди вон какие банкеты закатывают. Нет, сукины коты, жить вам все-таки стало лучше, жить вам стало веселей! По крайней мере, у меня в регионе». Не успел он это подумать, как заметил немолодую уже пару, сидевшую за столиком у самых дверей. Обычно к дверям на кухню сажают самых пропащих клиентов, которых метрдотели, лишь по одним им известным признакам, определяют безошибочно. Как им удается отличить скромного служащего, в кои-то веки зашедшего к ним отметить какое-то свое торжество, от не менее скромно одетого миллионера, случайно оказавшегося в их городе, – уму непостижимо. Впрочем, сейчас генерала меньше всего занимали способности метрдотелей. Что-то в женщине, сидевшей за этим столом, показалось ему знакомым. Щурясь и фокусируя зрение, он пытался ее получше разглядеть, но тщетно. Одно дело стрелять в тире, а другое – за сотню метров узнать человека, которого ты, может, не знаешь совсем. Так и не сумев ее разглядеть, он встал и спустился в большой зал, с тем чтобы, направившись будто бы к бару, пройти мимо того стола. Увидев, что он куда-то уходит, его охранники, на ходу дожевывая, бросились за ним. «Эти спугнут мне весь ресторан», – подумал он и… встал как вкопанный, потому что за тем столиком сидела Лена Орлова – его первая школьная и последняя в жизни любовь!

– Лена, – тихо позвал он.

Женщина, подняв глаза, недоуменно на него взглянула и улыбнулась, да так знакомо, словно и не было этих десятков лет, что отделяли их от школы.

– Костик! – охнула она, прижав ладони к губам.

– А я смотрю, кто это такая знакомая сидит здесь в ресторане, и, слава Богу, не поленился, спустился и вижу – это ты! Как ты здесь оказалась? Ты здесь живешь? – засыпал ее вопросами Деев.

– Да нет же, мы с Сенечкой приехали сюда навестить знакомых. А сегодня у него день рождения, вот я и пригласила его сюда. А что, раз в жизни можно. Как говорится, гулять так гулять! – тряхнув головой, сказала Лена и, спохватившись, вскочила: – Да что же ты стоишь, садись рядом с нами, это же чудо, чудо, что ты тут оказался!

И, обратившись к стоявшему за спиной у Деева метрдотелю, попросила:

– Товарищ, ведь можно, чтобы наш знакомый сел рядом с нами?

Несчастный мэтр, будучи не в состоянии объединить в единую конструкцию понятия «Деев» и «можно», вытаращив глаза, кинулся подносить генералу стул. Увидев, что шеф собирается подсесть за чей-то столик, его охрана заняла стол по соседству.

– Здравствуй, Сеня, – протянув через стол руку сидящему за ним мужчине, сказал генерал и добавил: – И поздравляю.

– А ты как здесь оказался? – спросила его Лена.

– А я здесь работаю, – не отрывая от нее глаз, ответил Деев.

– В ресторане? – поинтересовалась Лена.

– В области, – покачал головой Деев. – Не слышала?

– Нет, – совсем как тогда, в школьные годы, повела плечом Лена.

Ее ответ задел генерала за живое. Со школьной скамьи, с того самого дня, как он увидел Лену, эта девочка отняла у него и покой, и сон. И какие только глупости он не творил, чтобы заслужить ее благосклонность. И сколько мальчишечьих носов пострадало от его не по годам увесистого кулака, и сколько учителей он довел до белого каления и истерик, и сколько раз его задница была исполосована отцовским ремнем. Но без толку. Леночка Орлова благоволила к чумарику Сене Василькову, а с чего, никто не мог понять. Подтянуться на турнике Сеня мог от силы раз, и то из последних сил, и если очень старался, в школьных драках всегда был бит, более того, ему порой доставалось даже от девочек в классе. Голубей не гонял, с уроков не сбегал и даже футболом не увлекался. В мужском туалете не курил, за женским не подглядывал. Вот Миша Баух учился в их классе, тоже «ботаник». Но тот хоть на скрипке играл, да так, что мурашки носились по коже. А этот ни то ни се, и надо же – покорил сердце Леночки Орловой, школьной красавицы. Вот и пойми этих женщин! Чего этот Сеня достиг? Да ничего! Это же видно! Официант бы не усадил его у дверей, официант – он психолог такой, что любых ученых заткнет за пояс! У него на этой практической психологии построен бизнес. И если он посадил Сеню сюда, значит, Сеня остался тем же чмо, каким был. Он, Деев, мог не заметить Сенин успех, но «полового» не обманешь!

Может, рыкнуть на челядь и пересесть? Но это неправильно, потому что место Сени вот здесь, у дверей, даже если вдруг за его стол вдруг сядет Деев. Задумавшись о своем, он и не заметил, как опрокинул пару рюмок «беленькой», что была на столе. Почувствовав, какую гадость пил, он недовольно поморщился: «Водка – дрянь!»

– Человек! – рыкнул он в пространство. И тут же несколько официантов сломя голову кинулись на его зов.

– Принесите-ка мне моего коньяка, а то вишь, я тут малость подпил людей, – потребовал он.

Официанты помчались исполнять заказ, а Деев, остановив тяжелеющий взгляд на Семене, спросил с плохо скрытой издевкой:

– Ну-с, в каком полку изволили служить?

– Да ни в каком, я, собственно, все больше по научной части, – беззлобно улыбнувшись, ответил Сеня.

«Везет же мне на этих ученых!» – криво усмехнувшись, подумал генерал.

– По научной? Что ж, если с умом, то и это дело! И каких вы званий и чинов сумели достичь на этом поприще?

– Не в званиях счастье, – ответила за Сеню Лена.