Теперь Жофия и ее муж стояли возле того самого интерната, в котором когда-то вырос Владимир.
- Ну, пошли? – Женщина подтолкнула мужа, и двинулась к дверям детского дома.
На пороге появилась невысокая коренастая дама, одетая в неброское вязанное платье, закутывавшаяся в серую шаль. Ее волосы были уложены в классический пучок, а внимательные карие глаза оценивающе пробежались по трём путникам, прибывшим из далека.
- Жофия! Артур! Как мы рады вас видеть! – Она развела руки, словно хотела их обнять, отчего теплая шаль съехала с плеч пожилой леди. Жофия склонила голову в знак уважения и мило улыбнулась, показав красивые ямочки на раскрасневшихся щечках.
- Меня зовут Валентина, – с улыбкой представилась радушная женщина, открыв шире входную тяжелую дверь, чтобы гости смогли зайти в спасительное тепло помещения.
Жофия осторожно оглядела холл детского дома, отметив приятную обстановку и уютную атмосферу. На нее взирали красочные картинные пейзажи, несколько мягких кресел и длинный диван, на котором сидел мальчик лет двенадцати, жующий яблоко и с интересом смотрящий на вновь прибывших.
Жофия почувствовала предательский укол вины и сомнения, который быстро захватил сердце женщины. Может она не должна была сюда приходить?
От этих неприятных ощущений ее спасло спасительное тепло - Валентина аккуратно положила руку на плечо молодой женщины, словно ощутила внезапное волнение, охватившее женщину.
- В нашем дружном доме живут разные ребята, но их всех объединяет одно огромное желание - они мечтают обрести свою семью, - Валентина мягко улыбнулась, отчего Жофия расслабилась и непроизвольно коснулась руки старой дамы, - Я понимаю ваши чувства, мэм, вы сделали большой шаг, чтобы приехать к нам.
- Спасибо за теплые слова, - Артур подошёл к жене и приобнял ее за талию.
Валентина жестом велела следовать за собой, а сама двинулась в сторону длинного коридора, который сворачивал то в одну сторону, то в другую. Спустя несколько минут, Жофия, Артур и Владимир оказались в кабинете Валентины, которая положила на дубовый прочный стол красную папку на которой значилось: "Магдалена". Жофия взяла ее и стала просматривать медицинскую карту, выписки из архивных документов, фотографии и другую информацию, касающуюся ее будущей дочери.
- Как себя чувствует девочка? – тревожно спросил Владимир, прерывая наступившую тишину. "Как и всегда – сразу перешел к делу, ради которого они все сюда приехали", - подумала Жофия, передав папку Артуру, потому что была не в силах читать о трагедии, произошедшей с малышкой.
- Так, как может чувствовать себя ребенок, потерявший своих родителей, - отрезала Валентина. Она отступила назад, скрыв руки под шалью, а носки черных туфель, шаркнули о лакированный пол.
- Хочу предупредить вас о сложном положении, в котором оказалась девочка, – Валентина поджала губы и посмотрела на Артура и Жофию, но взгляд ее был рассеянным и отдаленным, - несмотря на то, что прошло уже 3 месяца с инцидента, произошедшего с Магдаленой, ее воспоминания о той ночи не вернулись. Наши специалисты утверждают, что такое случается. Мозг блокирует неприятные воспоминания, которые могут быть опасны для человека, тем более десятилетнего ребенка.
- Сможет ли она вспомнить что-либо впоследствии взросления? – Напряженно вопросил Артур, прижимая Жофию к себе, на что женщина рассеянно погладила его по руке, ожидая ответа.
Валентина тяжело вздохнула и посмотрела сначала на Артура, затем на Владимира:
- Никто не может дать стопроцентной гарантии, что девочка сможет все вспомнить, равно как и ответить на вопрос, когда это может произойти.
- В любом случае, мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы не травмировать ее еще больше, - твердо сказала Жофия, отступая от мужа, - нам нужно знать что-то еще?
- Да, - Валентина посмотрела на настенные часы, которые показывали два часа пополудни, - в целях обеспечения безопасности девочки, ей подготовили новые документы. Теперь ее зовут Адель Лакатош. О ее настоящем имени лучше больше не упоминать до тех пор, пока ее состояние не стабилизируется.
Жофия закрыла глаза. В документах было сказано, что после того, как малышка слышала своё настоящее имя, у нее случался приступ головной боли от которого было сложно избавиться. Именно для того, чтобы менее травмировать ребенка, решили пойти на крайние меры - смену имени. "Эта девочка больше не будет страдать. Я сделаю для этого все, что смогу", - Жофия чувствовала, что справится.
- Хорошо, теперь я могу увидеть свою дочь? – тихо произнесла Жофия, чем заслужила пристальное внимание всех присутствовавших.
- Конечно, она уже ждет вас. Вам только следует поставить подпись здесь и…
- Я сам распишусь, - перебил Артур пожилую даму, забрав из ее рук договор и обязательство для опекунов. Было видно, что муж давал время Жофии на принятие ситуации.
- Отлично. Раз формальности улажены, мы можем пройти к Магда…, я хотела сказать к Адель.
Валентина в этот раз не стала никого приглашать следовать за собой, потому что Жофия и мужчины уверенным шагом двинулись в след за пожилой дамой, кто в тревожном, а кто в радостном ожидании.
2005год. Весна.
Смирнов сидел как обычно на рабочем месте. Пустой стакан грустно взирал на своего хозяина, умоляя налить еще кофе. Красные глаза устало закрывались – сказывались бессонные ночи. Потерев виски, Дмитрий ещё раз просмотрел фотографии, которые смог изучить до малейшего пятнышка.
- Бессмыслица какая-то!
Он швырнул фото на стол, и они разлетелись, столкнув пластмассовый стаканчик на пол. Одинокая капля кофе вылилась на деревянный пол. Смирнов машинально шаркнул туфлей, растирая ее по полу.