— А что на стройке он будет делать?
— Посажу где-нибудь.
— Пусть со мной покатается. Чтоб соплей на сквозняках не прихватил, — предложил Алексей и обратился к мальчику, — хочешь?
Юный пассажир посмотрел на отца и когда тот кивнул, мальчик согласился и тут же попросился вперёд. Ближе к обеду они кружили по округе вдвоём, подвозя жителей, которые посещали медико-социальные центры. Серёжа, так звали мальчика, казался хмурым молчуном. Алексей попытался его разговорить.
— Я забыл, у вас тут Азовское или Чёрное море?
— Азовское.
— А почему Мариуполь так называется? Потому что на берегу моря?
— Все туристы так думают, — он запнулся и поправил себя, — думали.
— А на самом деле, почему такое имя город носит?
— Какая разница. Нет города.
— Как нет? А ты?
— А что я?
— Ты и есть город. Ты его лицо. Ты здесь самый главный. Раньше Мариуполь каким был? Обычным курортом. А теперь это город-герой. Присвоено звание «город воинской славы». Все кто тут живут — герои.
Мальчик смотрел во все глаза:
— Правда?
— Даже не сомневайся, — твёрдо произнёс Алексей и, приметив знакомого строителя, пробормотал, — о, мой земляк, сейчас его подвезём, — он притормозил и прокричал, — Никитыч, давай к нам!
Никитыч притворно заворчал:
— Эх, думал прогуляться, морским воздухом подышать. Ладно. Мне тут до угла, — он забрался в салон и, улыбнувшись мальчику, сказал, — да тут компаньон. Как тебя звать?
— Сергей, — скованно представился юный пассажир, микроавтобус тронулся, и мальчик вдруг осмелел, — хотите про город расскажу?
— Давай, конечно! — в один голос попросили земляки.
— Мариуполь — это город Марии. Название от имени Мария, а не от слова «море».
— Что за Мария? Богоматерь? — спросил Алексей.
Сдвинув брови, Серёжа уверенно проговорил:
— Я не помню, версий много, но точно знаю, что не от «море». К тому времени как туристы съедутся, я подготовлюсь.
— Обязательно съедутся! Мариуполь, как картинка будет! — пообещал Никитыч.
Серёжа впервые заулыбался:
— Я буду ждать.
Патруль Чести
Пыхтя, как старый паровоз Алла тащила объёмную коробку. Она вошла в гараж, который уже давно переквалифицировался в импровизированный склад станичного волонтёрского движения.
— Бабуш, ещё посылка, поместится? Дедуля говорил, что перевес уже, но я не могла соседке отказать, — сказала Алла, но увидев бабушку замерла.