Записки президента: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– А почему бы Вам самому не стать президентом?

– Так я ж олигарх, мироед и эксплуататор трудящихся, то есть со старта – негодяй, наворовавший народного добра, а теперь ещё на царство решивший пролезть. Очень невыгодная стартовая позиция. У меня есть знакомые, которые этого не понимают, но упорно лезут сами или создают партии имени себя и открыто тащат за руку своих ставленников. Голосование решает не всё, но очень многое, а голосует тот самый народ, который недолюбливает таких, как я. Чтобы почесать самолюбие, мне это тоже не нужно, поверьте, я достиг в жизни достаточно, чтобы не лезть в публичную политику. Когда звание депутата Народного Собрания защищало от всего вообще, я был депутатом, но после того, как ввели моду лишать депутатов звания и меня с несколькими моими товарищами бывшие коллеги просто слили, играть в эти игры стало бессмысленно.

– Хорошо, у вас есть распечатка моих текстов, наймите актёра, пусть их озвучивает, зачем я?

– Человек, который придумал автомобиль и человек, который видел, как он ездит – это два разных человека, если Вы понимаете, о чём я. Наняв, как Вы говорите, актёра, мне нужно будет нанимать Вас, чтобы разъяснять ему что за чем и почему именно так. Или на основании Ваших мыслей создавать некое новое учение, что потребует гораздо больших затрат. Не то, чтобы у меня не было денег, но их нужно инвестировать разумно. Кроме того, так мне легче сохранить инкогнито.

– Это у Вас по столу та самая объективка разложена? Вы время от времени туда поглядываете, прежде чем меня в очередной раз ошарашить. Дадите почитать?

– И не надейтесь. Я хочу знать о Вас больше, чем Вы сами о себе знаете.

– Там написано, что мне не с кем согласовывать мои решения?

– Там даже написано, что обычно Вы их принимаете сразу, не беря времени на обдумывание.

– Вы не производите впечатление человека, который организовал эту встречу, чтобы пошутить.

– О! – он ткнул пальцем в один из листов, – «ловит на лету».

– Тогда какие наши действия?

Синицкий запустил руку в карман, достал какой-то брелок и нажал на нём кнопку. Через несколько секунд в глубине холла открылась дверь и в неё вошёл невысокий, худощавый мужчина неприметной внешности, одетый в хорошо сидящий костюм и при галстуке. Галстук привлекал внимания больше, чем лицо, таким оно было ординарным и незапоминающимся.

– Знакомьтесь, господин будущий президент Славии, это – Владимир Егорович Глинский. Для своих – Егорыч. Кстати, у Вас дома, случайно, чайник на плите или утюг невыключенный не остался? А то мы ещё какое-то время тут пообщаемся, а начинать Вашу карьеру с пожара не хотелось бы.

– Не беспокойтесь, – и, повернувшись к Егорычу, я слегка кивнул и представился, – Максим.

– Максим Евгеньевич, – произнёс Глинский и повернулся к Синицкому.

Тот сразу понял, что от него ждут и продолжил:

– О том, что мы с Егорычем знакомы, не знает вообще никто. По крайней мере из ныне живущих. Так получилось. Поскольку мы с Вами отныне тоже друг друга не знаем и в следующий раз увидимся, и официально познакомимся только через какое-то время после Вашей инаугурации, он будет связующим звеном между нами. Когда-то давно его учили сменять династии на тронах и устраивать народные революции. И, насколько мне известно, пару раз ему даже удалось попрактиковаться. Я вверяю Вас в его тёплые руки.

– Нянька или надзиратель?

– Мы с Вами вспоминали восточные сказки. Так вот, поначалу – Ваш личный джинн из лампы, а после выборов – руководитель Вашей администрации. Мы решили, что в этом возрасте Егорычу уже пора переходить на легальное положение. Первое, что Вы сделаете завтра утром – повысите своего помощника от прораба до… нет, не министра, – он усмехнулся своим мыслям, – до уровня директора предприятия, Сергей вам достаточно предан и заслужил повышение. А то в самое ближайшее время у Вашей фирмы появится несколько очень крупных заказов, а времени на то, чтобы, как обычно, заниматься всем лично, у Вас уже не будет. А деньги где-то брать Вам будет нужно.

– Мне с каждой Вашей фразой всё страшнее жить.

– Чтобы Вас окончательно успокоить, я скажу, что Вашу первую любовь звали, – он глянул на свои листки, – Лена Иретина. Это было в детском саду и ни во что не переросло. А вы с тех пор не виделись. У неё, кстати, всё в порядке. Трое уже совсем взрослых детей-погодков, две девочки и мальчик. И на редкость счастливый брак. А нам нужно прощаться. Сейчас мои парни отвезут вас домой, а сюда привезут ещё нескольких «кандидатов в президенты», в том числе – того, кого я буду официально поддерживать на этих выборах. И, да, мне импонирует Ваш дар не удивляться. Надеюсь, у Вас получится сделать из всего вот этого такую страну, в которой хочется жить.

Когда дверь бусика снова открылась, он стоял перед моим подъездом, а парни выходили из него, держа в руках по две упаковки чешского пива. Стоило ли удивляться, что это был мой любимый сорт.

4.

Утро началось со звонка в дверь. За ней стоял Егорыч. Теперь он был одет в джинсы и свободного покроя рубаху. В руках у него была папка и какой-то пакет.

– Поздравляю с началом первого дня Вашей новой жизни. Когда умоетесь, и позавтракаете, – он помахал пакетом, – нужно будет подписать вот эти бумаги, а я пока приготовлю кофе.

– А-а-аммм…

– В душ.

После завтрака, приготовленного явно не в фаст-фуде и аккуратно разложенного по маленьким тарелочкам, он протянул мне папку.

– Здесь всё, что нужно переоформить по Вашей фирме, чтобы Ваши люди могли и дальше работать, а Вы – получать официальный доход. Кстати, позвоните бухгалтеру, сегодня к ней подъедет милая девушка, зовут Наташа, она поможет ей слегка подправить отчётность.

Я открыл папку. Моё решение о назначении Серёги директором, приказ о расширении штатного расписания, несколько договоров на крупные суммы, где подписантом с нашей стороны указан уже Сергей. Форма договора была той самой, которую я сам составил много лет назад. Там же был договор о сотрудничестве с юридической конторой, условия которого меня также устроили.