— Пока не вижу ничего предосудительного. Но сто разделить на двадцать пять будет четыре. А четвёртый кто?
— А директор, которого найдёт Илья Алексеевич, пусть человеку сразу будет понятно, за что он работает.
— Я ход ваших мыслей понял, — ответил Остапин, — директора завода удобрений начну искать с понедельника. Это должен быть очень крепкий хозяйственник, потому что строить придётся с нуля. То есть нужны старые кадры. Интересная задача. Министру экономического развития будет, чем заняться. Нужно будет, кстати, у кардиологов осведомиться. Это явно их клиентура.
— Тогда предлагаю Вам отдохнуть от государственных трудов и вечером с Вас рыба на ужин, Илья Алексеевич.
6
В понедельник, когда все улетели и наступил, наконец, тот самый покой, ради которого меня сюда поместили, вдруг прибежал Аслан и сообщил, что со мной хочет неофициально пообщаться муфтий. Ну что ж, подыграем дедушке, он же не знает, что нам уже всё известно. А человек почувствует себя причастным к большой политике, ему приятно будет.
— Что-то случилось?
— Нэ гауарыт. Гауарыт — ошен уажна.
— Ну хоть волноваться за него не нужно?
— Нэт, какой-та дэло.
— Ну хорошо, пусть звонит.
— Нэт, там какой-то сэкрэтный дэло.
— Ну хорошо, и как мне уважить особу духовного звания? Прилететь в Стóлицу или его сюда вертолётом?
— Я магу машином съэздыт.
— Хорошо, возьми у Васи двух человек, чтобы деду приятнее было и привези его сюда. Бережно и аккуратно. Мы же с ним теперь не чужие люди, вроде. Сваты. Или как это у вас называется. Только предупреди кухню, что у нас сегодня мусульманский обед на две персоны, чтобы чего-нибудь харамного не подсунули.
Муфтия привезли как раз к столу. Я вышел ему навстречу, стараясь проявить максимальное уважение.
— Искренне рад видеть Вас у себя в гостях. Хотел сказать: «В моём доме», но особенность этой должности в том, что своего дома у меня сейчас нет.
— Глава державы в своей стране везде у себя дома, господин президент.
— Надеюсь, причина, по которой Вы хотели меня видеть, не несёт Вам угрозы и мы можем спокойно поговорить за обедом. Я с удовольствием разделю с Вами стол.
— Это честь для меня, недостойного, господин президент.
— Обижаете, стал бы я сватать родственницу недостойного человека за моего друга. Давайте отбросим все эти церемонии и просто поедим. Мне обещали, что специально для Вас сделают изумительную баранину. Проходите.
Отдав должное мастерству местных поваров и перейдя к чаю со сладостями, старик сообщил, что к нему обратились очень уважаемые в исламском мире люди с просьбой помочь в организации неофициальной встречи со мной для человека из очень хорошей семьи. Желательно, чтобы в подробности было посвящено как можно меньше людей, поэтому человек прилетит в Славию, как частное лицо.
— Не беспокойтесь, господин президент, эта встреча не умалит Вашего достоинства.
— Уверен, что иначе не обратились бы к Вам, уважаемый. Моё согласие у Вас есть, и я не буду набивать себе цену и делать вид, что мне трудно найти время в расписании. В конце концов, я тут и так самый главный. Возможные даты встречи Вам сообщат в самое ближайшее время. Если люди уважаемы в исламском мире, значит это люди достойные. И всё же я попрошу Ваших друзей связаться с Владимиром Егоровичем Глинским для уточнения деталей. Вы сможете это организовать через Аслана.
Тёртый старик. Другого бы разорвало от гордости, а у него такой вид, как будто он ежедневно принцев с президентами сводит. Я проводил его до машины и, когда закрылись ворота, попросил вызвонить мне Моисеева.
— Вы уже успели попасть домой, Михаил Яковлевич? А то у нас тут клюёт. Нет, на этот раз не карп и даже не сом. Я только что расстался с муфтием. И теперь очень Вас попрошу подготовить меня к встрече с принцем и поднатаскать в вопросах этикета. Есть в МИДе такие специалисты?
Встречу назначили на субботу. Арабы прилетели в четверг вечером. Пятницу они посвятили молитве вместе с нашим дедушкой и каким-то вопросам ислама, а субботним утром на двух внедорожниках и микроавтобусе прибыли к нам. Все шестеро были одеты в обычные костюмы. Принц — видный мужчина с тонкими чертами лица и аккуратной чёрной бородкой пожал мне руку и хлопнул в ладони. Двое из свиты подбежали к микроавтобусу, открыли заднюю дверь и выкатили оттуда умопомрачительного вида мотоцикл. Это был белый, сверкающий хромированными деталями чоппер, явно собранный на заказ. Я просто не смог на него не взобраться, не погладить кожу и не похлопать по бензобаку. С сожалением передав его в руки стоявшего рядом Аслана, я пригласил гостей пройти к столу. С их стороны прошли принц и переводчик, с нашей — мы с Егорычем. Свиту проводили на веранду, где также был накрыт стол.
Пока двое парней расставляли закуски, мы обменивались приличествующими случаю взаимными расшаркиваниями. Уважив по чуть-чуть весь набор блюд, гость сказал, что хотел бы сделать значительные инвестиции в нашу экономику, в связи с чем желает узнать непосредственно у нас, насколько это может быть интересно нашему государству, и в какую сферу деятельности мы готовы впустить иностранный капитал. Мы ответили, что открыты для сотрудничества и полагаем, что у них одни из лучших в мире специалистов в нефтепереработке, поэтому было бы разумным начать сотрудничество с того, где стороны наиболее уверены в успехе. Принц согласился с разумностью такого подхода, но предложил использовать не свою нефть, а Бакинского месторождения — и везти недалеко, и качество для наших целей подходящее. На наш вопрос о возможных сложностях из-за региональной политической нестабильности принц, прищурившись, ответил, что от нестабильности никто не застрахован, а если сложности наступят, то до их урегулирования сырьё можно привезти и с Аравийского полуострова. Мы сделали вид, что совещаемся и, дополняя друг друга, постепенно выложили наш план с островом и принципами финансирования. При этом Егорыч откуда-то принёс карту Славии, а я просто сдвинул в сторону всю посуду и, расстелив её на столе, показал место под чудо-остров. Мы все какое-то время простояли, склонившись над картой. Принц провёл пальцем по голубой линии, обозначающей Идлань, положил ладонь на участок, предназначенный под остров, выпрямился и сказал, что проект получается масштабным и действительно достойным внимания, не сделав никаких замечаний по финансовым вопросам. После чего поинтересовался возможностью получения у нас медицинского образования для студентов из Саудовской Аравии. Мы ответили, что это направление становится очень популярным, но, учитывая нашу зарождающуюся дружбу, мы можем выделить сотню мест уже в наступающем учебном году. Нужно только сделать официальный запрос в профильное министерство.
Представитель очень хорошей семьи выглядел удовлетворённым результатами нашей беседы. Он поблагодарил за приём и выразил желание нас покинуть. Тогда в ладони хлопнул я. Из примыкающего помещения вышли двое Васиных ребят с большим подносом в руках. На нём лежал свёрток тёмного бархата. Поднос установили на стол перед Его Высочеством. Принц откинул край ткани и на свет появилась тщательно отреставрированная скифская конская упряжь из серебра с золотыми пластинами. Я не понял, это загорелись глаза нашего гостя или свет отразился от металла, но что-то в комнате точно сверкнуло. Он прижал свёрток к груди и с улыбкой поклонился.
— Позвольте в ближайшие дни направить к вам рабочую делегацию для оформления договора.