— …И? — холодно спросила Сара.
Закрыв дверь за кузиной и Чарльзом, она прислонилась к косяку и откинула голову. Сентри должен был признать, что она прекрасно умела делать вид, будто в голове у нее более важные дела, и она лишь терпит его присутствие.
«Хорошо, — подумал он. — Это даже лучше. Говори, что тебе нужно сказать, и иди».
— Я тебя не задержу, — ответил он тоже холодно, не извинившись. — Это из-за Ника. У тебя случайно…
— Ты меня извинишь? — прервала его Сара. — Я совершенно промокла.
Дверь спальни за ней закрылась. Сентри закурил и заметил, что ладони у него мокрые. С того вечера шесть лет назад он встречал Сару много раз. Сначала он думал, что она все объяснит ему, но ошибся. Однажды на парти после театрального представления, когда их хотели представить друг другу, Сара коротко сказала:
— Мы знакомы с мистером Сентри. — И, холодно кивнув, прошла мимо.
И в тот раз, и потом, когда пути их пересекались, они никогда не оставались вдвоем. Он никогда не встречался с нею в ее квартире.
Наконец Сара вышла из спальни. Сев в кресло у камина, она закурила и сказала:
— Извини, я тебя перебила.
— Мне бы хотелось знать, не сохранились ли у тебя письма Ника, хотя бы последняя открытка. — Даже ему самому его вопрос показался смешным, и он почувствовал, что краснеет. И прежде чем он мог что-то сказать, девушка произнесла тоном, каким хотят объяснить что-то любопытным детям:
— Если ты помнишь, они адресованы мне.
— Я спрашиваю потому, что на это есть серьезная причина, — ответил Сентри, пытаясь овладеть собой. — Они у тебя?
— Да.
— Можно их посмотреть? — спросил он, не в состоянии скрыть своего волнения.
Пауза. Все оказалось не так просто. Сара постукивала ногой, глядя на Сентри, потом осторожно сказала:
— Полагаю, в таком случае, я имею право спросить, зачем.
Сентри на мгновение заколебался. С тех пор, как он узнал правду, это стало его личным делом, и его инстинкт был против того, чтобы посвящать третьих лиц. Довериться кому-то — значило для него почти отказаться от части самого себя. Но он должен был это сделать.
— Я разговаривал с одним человеком, — как можно спокойнее сказал он, — который был в лагере, когда застрелили Ника. Судя по всему, это было заранее подготовлено. Кем-то, кому он мешал.
Видно было, как напряглась Сара.
— Ты же в это не веришь! — наконец воскликнула она.
— Нет, Сара, верю, — ответил он и рассказал ей все, прибавив в конце: — Есть и другие люди, которые могут это подтвердить. Я их, конечно, разыщу, но пока, может быть, найдутся какие-нибудь намеки в письмах Ника. Возможно, он упоминал имя человека, которого знал раньше, а потом встретил на Филиппинах.
Пока он говорил все это, Сара сидела так тихо, что Сентри не был уверен, слушает ли она его. Потом она повернула голову и медленно сказала:
— Даже если бы это была правда и ты бы нашел Сэндса, что бы ты мог сделать?
Этот вопрос он и сам задавал себе, но ему не хотелось больше думать об этом. Поэтому он ухватился за первую часть ее вопроса:
— Другими словами, ты не веришь?
— Не знаю. — Она откинула со лба волосы. — Ты должен признать, Эндрью, что все это звучит довольно фантастично. Ты пьешь виски в каком-то баре с совершенно незнакомым человеком…
— Я пил с ним после того, как он уже рассказал о своем знакомстве с одним Сентри. Это, конечно, меня заинтересовало.
— А ты не думаешь, что он заметил твой интерес и решил получить бесплатно еще несколько рюмок?
— Не думаю. У тебя еще есть вопросы? — это прозвучало немного по-детски, но ему было безразлично.