- Заткнись! - я резко поворачиваюсь. - Ты не мать ей, и никогда не будешь. Ты безответственна. И то, что твоя утроба мертва это лучшее что выделяет тебя из других женщин. Не хочу волноваться за их жизни.
- Ты злишься, я понимаю. Но не надо говорить того, о чем можешь жалеть, - качает она головой.
- Уходи.
- Хорошо, - кивает она спокойно.
- Ты не поняла, уходи не в свои покои. А езжай к себе. В свой дом. Пока я не приду, не думай даже, переступать порог этого дома.
- Но… Райлан. Мы же здесь счастливы. Мы вместе… мы.
- Тебе казалось. И мне казалось. Марго, - зато сейчас легко сказать ей то, что было на языке так долго. - Прости. Но ты всегда была и будешь на втором месте. Ты всегда просто отдушина для меня, после Мэри, после Селены. Ты всегда вторая. Ты никогда не будешь ни единственной, ни даже первой в моем сердце или в моей постели. Если тебя это устраивает, мы продолжим отношения. Если нет, я пойму и приму это. Я помогу тебе найти мужа, оставлю содержание, пока ты не найдешь другого. Мне жаль, что я дал тебе столько пустых надежд. Мне жаль, что я давал их тебе годами, тратил твою силу, молодость и красоту. Мне жаль, Марго. Но так честнее. Уходи.
Она не находит что сказать. В глазах застывают слёзы.
- Ты ведь не серьезно, ты просто злишься.
- Я серьезно, я думал об этом все последние дни. Моя самая большая ошибка была привести тебя сюда. И я разрушил свою жизнь, свою семью. Прости, но она дороже мне чем всё остальное. И уж тем более чем ты. Это правда. Поэтому, тебе лучше уйти.
Она больше ничего не говорит. Хватается за ручку двери и выбегает.
Оставив за собой открытую дверь, я вижу из проема как Селена сидит на коленях рядом с малышкой. Марго пролетает мимо неё, словно дикая кошка. И вдруг, застывает у двери.
- Знаешь что, Селена? - говорит она и я слышу, бешенство в её голосу.
- Что? - голос моей жены едва уловим.
- Если бы я хотела её убить, я бы сделала это куда умнее, и никто б не догадался. Или ещё лучше - подумали бы на тебя, что ты свихнулась и убила ребёнка переборщив с твоей «любовью». Ведь тебя никто не любит и не хочет, и ты можешь быть нужной только ей. Вот так я бы сделала, если бы это, - она показывает рукой на Изару. - Было бы специально. Я не такая дура!
Я готов подлететь к ней, в один миг, и заставить извиниться, заставить сделать что угодно. Но сдерживаюсь. Она действительно не такая дура, чтобы серьезно вредить сейчас. Может только словесно. Но услышать её искренние слова… это было сильно.
- Спасибо за честность, - слышу я ответ Селены. Марго ничего не отвечает. Выбегает за дверь.
Весь день сижу в кабинете. Понимаю, что не могу ничем помочь ни лекарю ни Селене. Они что-то обсуждают, что-то делают. А я лишний. Они вроде спокойны, в работе.
Солнце клонится к закату и ко мне подходит лекарь. Саймон будто стал ещё худее а морщины на тонком лице стали ещё глубже.
- Я промыл желудок вашей дочери, дал жаропонижающие травы, но ничего не помогает. Ей не становится хуже, но и не становится лучше. Я не знаю, что и делать.
Он испуганно поднимает на меня взгляд.
- Просто делай всё, от тебя зависящее Саймон.
- Да, да. Конечно. И… миледи Селена, она помогает мне, но больше, на самом деле, отвлекает. Ещё немного мне придется её лечить. Уведите её, милорд. Прошу.
Я что-то хочу ответить, как вдруг, замечаю краем глаза что Изара резко дергается.
Я подбегаю к ней на неестественной скорости. К моему несказанному счастью, я вижу, как моя дочь глубоко дышит и смотрит на нас затуманенным взглядом. В сознании. Будто бы проснулась от кошмара.
- Я домой хочу, - говорит она.
Эти слова ранят меня. Она дома, но не чувствует это место таковым. Можно сколько угодно говорить ей "ты дома", но она себя так не чувствует.
- Погодите, юная леди, надо проверить, что с вами, - бормочет Саймон.
Вдруг я вспоминаю, что здесь есть ещё и Селена. Она встает и протягивает мне крошечное нечто. Черное, что помещается на её маленьком пальце, твердое, похожее на мелкий сучок дерева.
- Что это? - не понимаю я.