Анти-Горбачев 2 (СИ): читать начало книги онлайн

— Получается, что так, — вздохнул Романов, — но если углубляться в эту тему, то кораблей я построил немного, если точно, то участвовал в сборке двух траулеров на заводе «Адмиралтейские верфи».

— А потом?

— А потом пошёл по партийной линии — сначала парторг завода, с 57 года секретарь Кировского райкома, а с 70-го первый секретарь Ленинградского обкома.

— Секретарь обкома, — пояснил для своих зрителей Питер, — это всё равно, что губернатор у нас.

— Да, сходство есть, — согласился Романов. — А в 83 году меня кооптировали в состав Политбюро…

— Политбюро, — опять счёл нужным пояснить ведущий, — это высший орган управления в России, почти как администрация президента у нас. Ваша биография достаточно ясна — теперь расскажите про остальные подробности вашей жизни.

— Тут всё просто, — откликнулся Романов, — жена Анна, мы с ней вместе почти сорок лет, две дочери, Валентина и Наталья. А про увлечения… в молодости занимался авиамоделизмом, а сейчас, если честно, времени нет на увлечения, работа и работа.

— Очень интересно, — задумался Дженнигс над следующим вопросом, — давайте тогда поговорим вот на какую тему — ваш предшественник, Никита Хрущев, обещал закопать всех американцев — вы разделяете эту его точку зрения?

— Ни в коем случае, — резко возразил Романов, — волюнтаристский стиль работы Хрущева целиком и полностью осуждён нашей партией. Никаких закапываний, сплошное мирное сосуществование.

— У нас в Америке заметили изменения, произошедшие в России за последнее время, — нашёл Питер нужный тезис в методичке, — разрешение частного сектора в экономике, некоторую либерализацию культурной жизни, возвращение из тюрем правозащитников. Скажите, это временная мера или долгосрочная тенденция?

— Долгосрочная, — тут же вылетело из Романова, — мистер Дженнигс, как говорит одна восточная пословица, лучше худой мир, чем добрая ссора — зачем нам ругаться и ссориться, если есть возможность договориться о каких-то правилах взаимного существования и затем следовать этим правилам?

— Хорошо, — пробормотал Питер, не зная, что тут можно отвечать, а что нет, — вы любите спорт? — нашёл он нейтральную заключительную тему.

— Конечно, — ответил Романов, — я и сам в молодости занимался волейболом, например. Спорт это молодость мира, как же его не любить.

— Я знаю, что американский футбол и бейсбол не слишком популярны за океаном, но хоккей, это то, что нас объединяет, — продолжил Дженнингс. — Как бы посмотрели в России на предложение устроить ещё одну суперсерию — на этот раз не с Канадой, а с США?

— Очень интересное предложение, — задумался Романов, — я думаю, мы рассмотрим его в положительном аспекте… а вы это от своего имени предлагаете или были какие-то согласования с руководством хоккейной лиги? — поинтересовался он.

Глава 5

Прошла неделя и на календаре 15 июня 1985 года

До войсковой операции в Индии дело так и не дошло, законно избранный премьер-министр Раджив Ганди, сын Индиры Ганди и внук Махатмы Ганди, неожиданно всплыл на Цейлоне или, как его сейчас называют, на Шри-Ланке. Оттуда он сделал ряд грозных заявлений, после чего армия Индии, насчитывающая полтора миллиона штыков без малого, практически единодушно взяла под козырёк и окружила мятежный штат плотным кольцом.

Ганди попутно сделал не один десяток заявлений, оправдываясь перед СССР и всем остальным мировым сообществом, что случившееся, дескать, не вина, а беда. А СССР вместе с остальным мировым сообществом сделало вид, что поверило. Военные советники, естественно, в страну прибыли, больше всего русских, но и американцев с китайцами тоже немало. Кое-какую технику тоже добавили к и так немалым индийским арсеналам, так что в течение недели с наксалитами было практически покончено. Почему практически, а не целиком? Слишком долго они действовали на территории страны, слишком большая была у них поддержка населения, поэтому какая-то часть ускользнула от наказания и укрылась в джунглях на границе с Бирмой-Мьянмой.

Ядерную программу Индии фактически закрыли, оставшиеся готовые боевые блоки конфисковали и вывезли в СССР, а ракетную программу поставили под жёсткий международный контроль, оставив только возможность делать мирные запуски спутников. А вот с оставшимися де-факто ядерными странами вышла некоторая заминка — и Пакистан, и ЮАР, и особенно Израиль с пеной у рта утверждали, что они чисты и невинны, а поэтому предъявлять комиссиям МАГАТЭ им совсем нечего. Короче, эта проблема перешла в категорию долгоиграющих.

Зону отчуждения вокруг взрыва бомбы в ярославских лесах огородили двойным забором, с населением, граничащим с ней, регулярно проводилась профилактическая работа. Уровень радиации там постепенно снижался и снижался…

Ганди прилетал в Москву, здесь у него были напряженные переговоры с Романовым, в результате которых СССР получил дополнительные контракты на постройку двух металлургических предприятий и существенную скидку на традиционные индийские товары — чай, кофе, ткани, а также продукция электронной промышленности, которая начала развиваться там семимильными темпами.

А почему в переговорах не участвовал Гришин, спросите вы? И вообще, куда он пропал на эту неделю? Тут всё очень просто — Виктор Васильевич тяжело заболел, Чазов диагностировал у него инфаркт миокарда, осложненный синдромом Дресслера. Поэтому Гришин передал бразды правления вместе с ядерным чемоданчиком Романову, а сам отправился на неопределённое время набираться здоровья в санаторий в Пицунде.

Тема ядерного удара по Советскому Союзу всё еще волновала мировые средства массовой информации, но советские власти не стали, как обычно, вешать на этот вопрос глухой занавес секретности, а проявили небывалую открытость. Корреспондентов зарубежных газет и телевидения спокойно возили в Ярославль и Вологду, к границе 30-километровой зоны, правда, не подпускали. А Митрич с Витькой… ну то есть Иван Дмитриевич Пронькин и Виктор Семенович Круглов из села Кудасай, пережившие ядерный взрыв рядом с эпицентром, стали мировыми звездами — так часто они мелькали на экранах и в газетах.

И вот, спустя десять дней после трагических событий, Романов обратил своё внимание на проект так называемой переброски северных рек в южные республики страны. Он собрал большое совещание в Кремле по этому поводу — присутствовали руководители, отвечавшие непосредственно за проект, из Минводхоза и Союзгипроводхоз, а также лидеры Кахахстана, Узбекистана и трех сибирских областей. Отдельно в углу примостился представитель Минсредмаша, это ведомство отвечало за мирный атом, который должен был принять самое активное участие в программе.

— Итак, товарищи, — начал совещание Романов, — мы собрались сегодня с целью осветить проблему переброски северных рек в южные регионы. Со вступительной речью выступит представитель Союзгипроводхоза товарищ Масленников. Прошу вас, Аркадий Петрович, можно с места.

Аркадий Петрович, типичный бюрократ на вид, в удушливом черном костюме и в роговых очках на пол-лица, раскрыл свой блокнот, откашлялся и начал:

— Как наверно хорошо известно всем присутствующим, у нас в стране существуют резко контрастные зоны в плане продуктивности и наличия водных ресурсов. Яркий пример это сибирская низменность, где условий для занятия сельским хозяйством почти никаких, но зато имеются неограниченные водные ресурсы. И она, это низменность, соседствует с лесостепной зоной Казахстана — там условия вегетации для сельскохозяйственных культур гораздо лучше, но воды мало. К этому можно добавить проблему Аральского моря, когда-то полноводное, оно пересыхает прямо на глазах, что становится катастрофой для проживающих на его берегах.

Масленников перевернул листок в блокноте, опять покашлял и продолжил:

— Именно поэтому ЦК КПСС и Совет министров СССР в 1970 году издал отдельное постановление под названием «О перспективах развития мелиорации», где основной темой и был как раз этот поворот северных рек на юг.