Глава 1. Катя Карташова
7 сентября 1971 г.
— Привет! — поздоровалась она с сидящим у костра на корточках пареньком.
Он шерудил в углях сильно обгоревшей с одного конца кривой веткой. Лицо его показалось ей смутно знакомым. Встречала где-то в городе? Она присела напротив него и протянула к огню снятые с рук насквозь мокрые, испачканные землёй перчатки. Замёрзла сильно! Как ни старалась потеплее одеться — не помогло. Ночью подморозило, да так, что земля на несколько сантиметров промёрзла. К рассвету и туман промозглый с Ангары добавился!
— Привет! — отозвался паренёк.
— Ты кто? Что-то лицо твоё мне знакомо…
— Сашка Кузнецов, — смешливо фыркнул он.
— Что ты тут делаешь?
Страшно не хотелось возвращаться назад, в поле, к грязным джутовым мешкам, к корзинам и вёдрам, к кучкам покрытых ледяной корочкой капустных кочанов. Хотелось сидеть, слушая потрескивание костерка, щуриться от попадающего в глаза сладковатого дымка и болтать с симпатичным пареньком.
— То же, что и ты — у костра греюсь… — ухмыльнулся он в ответ.
— Ты чей-то сын? — улыбнулась она.
— Угадала… Так же как и ты — чья-то дочь… — продолжал ухмыляться он.
— Нет, я не это имела в виду! Ты сын кого-то из преподавателей?
На безбрежном поле подшефного совхоза преподавательский состав Иркутского медицинского института собрался почти в полном составе.
— Можно и так сказать. Марина Михайловна Колокольцева. Она ведёт кафедру акушерства и гинекологии. Только она мне не мать, а опекунша.
— А-а-а, понятно… — протянула Катя, с удовольствием ощущая, как колени, лодыжки и руки быстро согреваются в струящемся от костра сильном жаре. — Она тоже здесь?
— Не-а… — мальчишка помотал головой в натянутой на уши чёрной лыжной шапочке. — Профессура освобождена от рабского труда.
— А что ты тогда здесь делаешь? Любишь капусту собирать?
— Угу, очень… Утром убеждал себя, что нет на свете более достойного и увлекательного занятия, чем собирать на совхозном поле мёрзлую капусту. Это такая форма самовнушения. А к двенадцати часам понял, что оно не сработало. Оказывается, я терпеть не могу её собирать. Мне кажется, ты тоже…
Они посмеялись, а потом Саша просто сказал:
— Не гадай. Я тоже студент. Лечебный факультет. Сто третья группа.
— О! И я в сто третьей! Постой! А сколько же тебе лет?
— Пятнадцать.
— Так мало? А как же ты школу закончил? Ты её закончил?
— Конечно, закончил. Кто бы меня к вступительным допустил?
— Погоди! А почему же тогда я тебя в институте не видела?
— Видела. Просто не обратила внимания. Я тебя ещё летом на приёмных экзаменах приметил. А первую неделю сентября я пропустил, поэтому ты меня в институте не встречала. Нужно было в Магадане кое-какие дела доделать и помочь Иванке и Наташке с переездом.
— А кто это? Сёстры твои? Иванка? Нерусское какое-то имя.
— Она болгарка. Марина Михайловна забрала её из детского дома под Одессой. Так что мы у неё двое приёмных.
— Ты что, тоже из детдома?