— Ты прав, Вальдемар, — скрепя сердце признал инор Альтхауз, — но мне бы хотелось сделать подарок Луизе.
— Сделаете, дядя, и не один. Но чуть позже. Возможно, тётя Луиза сама захочет выбрать этот подарок? У неё прекрасный вкус.
Лесть нашла свою цель — на губах бабушки появилась слабая улыбка. Вальдемар решил, что поймал подходящий момент и подхватил меня под руку, утаскивая из кабинета Фидлера. На прощание он лишь бросил:
— Отто, позаботься о моих родственниках. Накорми их обедом и не выпускай из кабинета.
— Без тебя бы я точно не догадался, — проворчал тот, когда дверь за нами уже закрывалась.
Возможно, это было неприлично, но я поинтересовалась:
— У семьи Альтхаузов нет своих драгоценностей?
— Разумеется, есть, но они всё равно сейчас у мамы, и я даже не знаю, есть ли в сейфе столичного особняка что-то из них. Мама постоянно тасует свои драгоценности, чтобы не примелькались.
Желания знакомиться с мамой Вальдемара у меня не было. Более того, стоило об этом подумать, как в груди сразу появлялся страх и желание с ней никогда не встречаться, пусть даже просьба наша была исключительно по необходимости и для дела.
— То есть мы обратимся к ней лично? — уточнила я, надеясь, что Вальдемар щедро предложит мне посидеть в кафе, пока он будет очищать собственный сейф и беседовать с родителями.
— Мамы сейчас в столице нет. Лето она предпочитает проводить в поместье Альтхаузов.
— А что, и такое есть? — удивилась я. — Почему же инор Альтхауз живёт не там?
— Потому что он всю жизнь любит тётю Луизу, — ответил Вальдемар так, словно это всё объясняло.
— Но у семьи фон Штернберг наверняка есть свой загородный дом.
— Есть, — согласился Вальдемар. — Но, во-первых, он намного дальше от столицы, а во-вторых, там заправляет жена старшего брата отца. С мамой у них… нет взаимопонимания.
Я подумала, что у сестры инора Альтхауза может не случиться взаимопонимания и с моей бабушкой, но выразила это немного иносказательно.
— Кажется, она расстроится браку инора Альтхауза.
— Может быть, — признал Вальдемар. — Она привыкла чувствовать себя хозяйкой. Но возможно, тёте Луизе не захочется уезжать из Гёрде? Тогда всё останется по-прежнему.
Наконец Вальдемару удалось найти экипаж, и разговор сам собой утих. Конечно, возница слышать нас не мог, но мне было не до разговоров, потому что я начала беспокоиться, что меня увидят вместе с Вальдемаром. Это относилось не только к Линденам. За время учёбы у меня образовалось множество знакомых в Гаэрре, и некоторые из них не упустят возможности подшутить, увидев меня в компании кавалера. Завидного кавалера. Я скосила глаза на Вальдемара, что он заметил тут же и поинтересовался:
— И как? Стал я привлекательней в ваших глазах, Каролина, после того как вы узнали финансовое положение моей семьи?
— Меня это интересовало в последнюю очередь, — покраснев, ответила я. — Просто я подумала, не покажется ли Линденам странным, если на бабушке будут чужие драгоценности. Я вовсе не собиралась расспрашивать о делах в вашей семье. Тем более что из ваших слов и понять это невозможно.
— Жаль, а я-то понадеялся… — усмехнулся Вальдемар.
Было совершенно непонятно, шутит ли он сейчас или говорит серьёзно. На всякий случай я ему улыбнулась, показывая, что оценила шутку. Если же это была не шутка, то пусть считает, что я оценила материальное положение фон Штернбергов, если это для него столь важно.
Подъехали мы к чёрному ходу особняка, понадеявшись на то, что если Линдены вдруг за домом наблюдают, то их не хватит на то, чтобы караулить все входы. Вальдемар проверил магией и убедился, что рядом посторонних нет, после чего отпустил экипаж и мы отправились добывать драгоценности.
Дверь была заперта, но разве это остановит мага, у которого есть доступ к защите дома? Несколько пассов — и замок щёлкнул, а дверь приоткрылась. За ней было тихо и темно. И немного волнующе, словно мы на самом деле собирались грабить чужой сейф. Возможно, сейф был действительно чужой, если этот дом тоже принадлежал инору Альтхаузу, но уточнять я посчитала неприличным. Вдруг Вальдемар действительно подумает, что для меня важно, сколько у его семьи своего имущества?
На кухне, через которую мы прошли, было пусто, но плитой явно кто-то недавно пользовался. Когда я указала на это Вальдемару, тот ответил:
— Здесь есть постоянная прислуга, чтобы если маме придёт в голову сюда приехать, ей не нужно было каждый раз приводить дом в порядок.
Надо признать, что горничные здесь прекрасно знали свою работу и выполняли её даже без надзора хозяйки. Я украдкой провела пальцем по раме картины с летним пейзажем и не обнаружила на ней ни пылинки. Сама картина была яркая, солнечная, таким же был и дом. Находиться здесь было легко — как наверняка сказала бы бабушка, у этого дома правильная аура.
До кабинета на втором этаже мы дошли, так никого и не встретив. Запоры на двери спасовали перед Вальдемаром, так же как и запоры на сейфе, и вскоре он выгружал передо мной на стол коробку за коробкой.
— Зачем так много? — удивилась я. — Нам нужно что-то одно.