- Ты бы и остался им, просто вернулись бы знания...
- Я хочу помнить только людскую жизнь, только тебя таким...
- Возможно, мы пожалеем о том, что сделали и уничтожили кольцо?
- Возможно. А возможно и нет. Это жизнь.
Я лишь вздохнул и прижал его к себе покрепче, второй рукой пряча поглубже в карман "кольцо памяти". Всё возможно...
Перо четыре. Ангел любит сладости.
После того разговора прошло три дня. Я видел, как наш новенький, при нашем появлении в аудитории, начинает морщиться. Рафаэль очень волновался, что он расскажет кому-нибудь, поэтому настроение у него было не очень радужное. Он же, маленький, не знал, что его брат подстраховался, и за Нильсом постоянно следят мои демоны.
- Он опять, Люцифер. – Прошептал мне брат на ухо. Я вздохнул, если посмотреть на аудиторию нечеловеческим взглядом, то тут на каждого ученика по полтора демона, только раскрой рот, ну хоть словечко, пожалуйста, Мартин. – Я боюсь, что он расскажет кому-нибудь, что мы с тобой не просто братья.
- А кто мы? – промурлыкал я ему в ушко. Он улыбнулся, и также тихо ответил.
- Я люблю тебя, и это значит - ты мой любимый. – Я протянул руку и погладил Рафаэля под кофтой. Он сегодня был обворожителен, весь в черном. Сказал, это для меня. Черный цвет ему, безусловно, идет, так оттеняет цвет волос,… додумать я не успел, раздался скрежет отодвигающегося стула. И в нашу сторону направился Нильс без Мартина. Впрочем, как всегда, не таскать же ему гуся с собой в корзине?!
Я немного прищурился. Мои демоны зашевелились, слава Тьме хоть выглядят прилично, не в фартуках.
- Я… - начал этот.
- Что нужно? – спросил я. Парень немного нервно поправил рукав.
- Хотел пригласить тебя, Рафаэль, в кафе на ленч. – Я завис. На секунду. А потом меня разобрал смех.
- Люци. – Немного укоризненно. – Я не могу.
- Я не буду приставать. Или делать какие-то грязные намеки. Просто пообедаем, м? – я почувствовал, как у меня все закипает внутри. Он мой!
- Нильс, я, правда, не могу, сегодня…
- А завтра? – не унимался этот человечек. Рафаэль сжал мою руку, это немного отвлекло меня. – Я понимаю, парни, у вас отношения. – Чуть понизив голос, проговорил он. – Но этого наше общество не примет никогда, и Рафаэлю, я думаю, нужно нечто другое. – И порывшись в сумке, вытащил шоколадку и положил на парту около Рафа, мой ангел застыл.
Это его слабость. Все сладкое и вкусное, это Рафаэль просто обожает. Я напрягся, а он протянул тонкую ручку и схватил шоколадку, сглотнул. Нильс улыбался.
- Я подумаю. – Невнятно проговорил мой любимый. Это полбеды. С этим мы разберемся, а вот что мне теперь делать с ним? Нильс вернулся за свою парту, Рафаэль дожевал последний кусочек и с горящими глазами повернулся ко мне.
- Люци, пожалуйста! – глаза такие, что отказать больно.
- Милый, только дома. – Жестом отправил одного из демонов за самым лучшим шоколадом.
Им не впервой. Первый раз, когда я это обнаружил, думал, сойду с ума. Он съел килограммового кролика на пасху и все его яйца, то есть пасхальные яйца. Потом перешел на шоколадный торт и какие-то пирожные от бабушки.
Мне, тогда, пришлось закрыть его в комнате и трахать, пока он не уснул, конечно, с одной стороны это здорово, он становится такой податливый и ненасытный, но с другой – уснул он только через сутки. Я же человек почти, теперь выносливость у меня не очень, мне было трудно удовлетворить моего Ангела в тот момент.
И, судя по глазам, меня ждало то же самое сегодня.
После пары он не выдержал.
- Люци, прошу. Только одну, ну маленькую… - я улыбнулся и поцеловал его. Щелкнул пальцами и в туалете, где мы стояли, появился демон с корзинкой, полной швейцарского шоколада всех цветов и вкусов. Мой Ангел заулыбался и кинулся к корзине. Мы с демоном улыбались и смотрели как это чудо, ест молочный, закусывает черным, и держит в руке чисто белый с кокосовой крошкой. Он был счастлив.
А как счастлив я…
- Люци, я хочу еще шоколадку, но… тебя я хочу больше… Я и забыл, как шоколад действует на меня, как настоящий афродизиак. Хочу! – я четко понял, к чему это относится. Потому что мой Ангел опустился на колени передо мной, и тонкие пальчики ловко справились с ширинкой. Демон перенес нас домой. Не заниматься же любовью в туалете заведения, в котором мы учимся.
Рафаэль перемещения не заметил.