Полина тут же отреагировала на мое движение, остановилась и посмотрела на меня:
— Что-то не так?
Не отрывая взгляд от развязки, тихо проговорил:
— Только что там кто-то был. Пробежал в правое ответвление.
Полина устремила вперед луч фонаря, всмотрелась, прислушалась.
Тишина.
— Видел кто это был? — спросил она.
— Не успел рассмотреть.
А вот и правда: кто это был? Мне показалось, что неизвестный пробежал слишком шустро, быстрее, чем должен был пробежать человек. И что еще странно, пронесся он совершенно бесшумно.
А еще он был сгорблен. Пригибался ли он потому что потолок был для него слишком низкий или сам по себе неизвестный такого строения? Горбун из Нотр-дама какой-то… Ага, усмехнулся я про себя. Мне кажется, я излишне накручиваю. Такими темпами воображение ему хвост пририсует и в итоге получиться ящерица из канализации — пожиратель местных жителей.
Один миг, и мы у развязки. За поворотом никого. Начинался новый длинный темный коридор. Конечно же, мы пошли по нему. В какой-то момент стали появляться ответвления — то с левой стороны, то с правой.
Мы тщательно изучали светом фонаря каждый коридор, подолгу стояли на месте, всматривались, вслушивались. Незнакомец не подавал признаков присутствия.
Подумал, все-таки удобная штука Кошачий глаз. В кромешной темноте видно, как в сумерках. Но все же я подсвечивал себе фонарем, так, для порядка. Было бы странно, если бы не прибегал к его помощи. Полина точно что-то заподозрит.
Включил режим Следопыта. После непродолжительного изучения пространства я понял, что плотность эфира в коридоре и в ответвлениях была понижена. А это означает, что Старая Москва совсем не безлюдна и кто-то здесь регулярно ходит. Говорить об этом напарнице не стал. Не скажу же я, тут такое дело Полин, у меня в голове суперчип, который может определять след по концентрации эфира в пространстве…
— Не вижу смысла больше искать. Это сеть подземных ходов, самые настоящие лабиринты. Мы здесь несколько дней ходить будем. Лучше пусть завтра тут все проверит Мосводоканал с нарядами милиции. У них хотя бы план должен быть, — сказала Полина.
— Согласен. Но досадно уходить с пустыми руками.
— Отсутствие результата тоже результат, — философски заметила напарница.
Коридор привел нас в просторное помещение. Здесь были сводчатые потолки, подпираемые колоннами. Оно было похоже на гигантскую подземную парковку, но разумеется, таковой не являлось.
— Ого! Впечатляет размах, — воскликнула Полина, изучая фонарем пространство.
В отличие от напарницы, я мог оценить весь масштабы помещения — конца и края видно не было.
— Что это за помещение? Для какой цели такой размер? — спросил я.
— Даже не знаю, что сказать… возможно для склада… или может быть это подвал какого-то старого здания.
— Ничего себе подвальчик.
— Ну да, на подвал слабо тянет.
Прошли немного вглубь. Воздух в пространстве был плотный и звуки шагов гасились почти сразу, хотя по идее они должны отдаваться гулким эхом.
Потом Полина провела ладонью по колонне:
— Имперский кирпич. Век восемнадцатый…
— А вот смотри, какая-то гравировка, — указал на один из кирпичей. Свет наших фонарей скрестился на аббревиатуре. Там было следующее: М.К.З.Ъ.
— Должно быть это первые буквы кирпичного завода. Московский кирпичный завод? — предположила Полина.
— «Сообщаю, мне кажется я что-то слышала», — сказала Эя.