В принципе, я был удовлетворен кратким изучением геополитического устройства этого мира. Более детально изучить его было интересно, но тратить на это время в моей ситуации вверх безрассудство. У меня есть задачи и поважней.
Полина закончила с писаниной как раз тогда, когда я закончил изучения мира и мы выдвинулись в сторону водосточного тоннеля, по пути еще надо было заехать в лабораторию к Алкснису.
Спустя миг мы ехали по проспекту, я вытащил из кармана телефон и попросил:
— Не поможешь зарядить?
Полина пронесла его над черной пластмассовой штукой прикрепленной к панели. Штуковина почти такая же, какая была в квартире.
— Так странно за тобой наблюдать. Ты напоминаешь мне моего отца, он до сих пор никак не привыкнет ко всем этим технологиям и мысленно живет в старом мире, — сказала Полина.
Я посмотрел на Полину и загадочно улыбнулся, подумав, что если бы ты только знала, что я не из этого мира! А вот серьезно, что будет, если она узнает, откуда я?
— А что если я переместился сюда из другого мира… — проговорил я как бы в шутку. — Чтобы сделала?
— Существование других миров наукой не доказано. Так что не думаю, что такое перемещение возможно.
— А если теоретически? Чтобы сделала?
— Не знаю. Наверное, спросила, как на той стороне поживает СССР, — Полина улыбнулась, и я увидел ее идеально ровные, кокаинового цвета зубы.
Проспект упирался в дорожное кольцо, и мы встали в пробке. Над крышами домом пронесся кортеж, в самом центре кортежа был длинный черный лимузин. Я прилип щекой к окну и поднял глаза к небу.
— Броневой в кремль едет, — прокомментировала Полина.
— Ого, никогда не видел ничего подобного.
— Новая технологии автомобилестроения — летающие машины. За ними будущее. Пока что доступны только руководству СССР.
Когда кортеж скрылся за крышей дома, Полина юркнула в правый ряд, который двигался быстрее. Мы смогли доехать до середины улицы, и опять движение встало.
Напарница включали навигатор и он тут же рапортовал женским голосом:
— Пробка два километра. Впереди ДТП.
Понятно.
Мой взгляд переключился на странную конструкцию, которую было видно за крышами домов.
Сотни прозрачных шаров разного размера висели в небе, как будто огромные мыльные пузыри, складываясь в очертания исполинского древа. Самый высокий шар располагался в метрах ста над землей, а размах ветвей древа составлял не меньше метров пяти ста.
Поистине, завораживающая конструкция!
Внутри шаров — люди. С земли они смотрелись, как игрушечные фигурки, но держу пари, что и им Москва казалась, как напольный детский конструктор, когда любой дом можно перенести легким движением двух пальцев. Люди в шарах словно бы находились в невесомости: вон девушка в желтом купальнике, его яркий кислотный цвет бросается в глаза даже с земли, лежала на спине, словно космонавт космической станции; а вот юноша или мужчина, с моей точки мне не разобрать, просто сел на воздух. Спустя миг до меня дошло — шары наполовину наполнены водой, а люди плавают в шарах, как в личном бассейне.
Какие-то шары поддавались движению ветра и начинали неспешно плыть по его направлению, но отправиться в свободное плавание им не удавалось — словно невидимая нить удерживала их между собой, не позволяя конструкции распасться.
А вот два шара примагнитились и их обитатели стали нырять друг к другу в гости без проблем преодолевая стенку.
— Что это? — спросил я у Полины.
— Аквапарк «Пионер». Не помнишь?
— Нет.
— Популярное место. Советую сходить.
Полина свернула на перекрестке и поэтому «Пионер» остался вне поля моего зрения.