— Хорошо, я дам тебе такую возможность. Но сперва, ты мне дашь свой телефон, — сказал я.
Когда мобильник был у меня в руках, протянул его Ольге и спросил:
— Сможешь достать из него личные данные дока? Имя, фамилия, где живет?
— Легко. А тебе зачем?
— Чтобы наш док не выкинула какую-нибудь глупость.
Я перевел взгляд на врача, проговорил:
— Сейчас я уберу скотч, вздумаешь кричать — накажу. Через твой телефон я узнаю, где ты живешь, кто твои родственники. Не думаю, что ты хочешь, чтобы с ними что-то случилось, ведь так?
Док захлопала ресницами, а потом кивнула.
Убрал скотч.
Врач молчала, словно воды в рот набрала.
— Ну? — рявкнул я.
— У-увас не может… быть… сильного… обезвоживания…
Замолчала.
— Дальше. Дальше говори!
— Были… бы… внешние… признаки…
— Какие?
— На ногах… бы… не стояли… А еще… еще распухший язык… с-судороги… цианоз губ…
Совсем не радужные перспективы! Переглянулся с Олей, а потом ответил доку:
— Ну, это еще все впереди… что нужно делать?
— Изотонические растворы… внутривенно… вводить…
— А если сказать попроще? У нас тут не врачебный консилиум.
— Нужно… восстановить водно-солевой б-баланс… у… у меня с собой таких растворов нет. Честно. Вам лучше в стационар. В станционер обратиться. В-вот, — глаза намокли.
— В стационар не вариант.
— Вы бандиты, да? — шмыгнула носом.
— Нет, мы не бандиты. Тебя как зовут?
— Алина.
— В общем, слушай сюда, Алина. Сейчас мы поедем вместе с тобой в больничку, вынесешь нам нужные растворы, взамен мы забываем твою фамилию и где живешь. Все ясно?
— Я не смогу… вынести пакеты для капельниц это преступление!
— А ты постарайся, если хочешь, чтобы с твоими родными ничего не случилось.
— Даже не знаю… я не смогу…