СССР: назад в будущее: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но новый случай с трупом был особенный, по крайней мере, для меня. Жертва оказалась очень похожа на Антона Глуховского, а точнее, это и был Антон. Когда я приехал в парк, то я его сразу же узнал. Я стоял над телом и не мог пошевелиться. Кажется, это был конец.

Глава 18

— «Я провела диагностику организма и заключила, что у тебя сильное психологическое потрясение. Ты на грани нервного срыва. В данный момент ты не можешь трезво оценивать ситуацию», — сказала Эя.

— «Спасибо за заботу, но я в норме».

— «Тебе это кажется».

— «Я держу себя в руках. Истерик закатывать не собираюсь».

— «Раз так, хочу предупредить тебя, что нас ждут последствия. У нас есть несколько часов до того, как они установят личность. За это время категорически рекомендую что-то предпринять. Нельзя допустить, чтобы тебя раскрыли», — сказала Эя.

— «Легко говорить».

Я кивнул и просто стоял на месте, смотрел, как Алкснис осматривал труп.

Полина тоже тут была — погружена в свои мысли. Единственное, что я спросил у напарницы:

— Наблюдение за коллектором уже есть? Кто-нибудь видел Мастера?

— Нет, нету, — вздохнула она. — Бюрократические проволочки. В наблюдение решено поставить оперов из МВД, у нас ведь людей мало. Все пока на стадии согласования.

Свинова не было и это к лучшему.

Тело Антона было помещено на стул. Одет в черный костюм и белую рубашку, а вот ноги — босые. Тело покрыто янтарем, его хорошо видно на руках и ступнях. На лбу выведено кровью «КАРЬЕРИСТ». На плечах что-то вроде погон — по две больших звезды, вырезанные из какого-то органа. Судя по всему, из печени. Вся «скульптура» подсвечивалась снизу четырьмя светильниками, подключенные к аккумулятору, который стоял под стулом.

— Точно сказать не могу, когда наступила смерть, но судя по тому, как сохранился кожный покров, разложение еще не вступило в критическую стадию. А учитывая жаркую погоду, предварительно могу сказать, что прошло не больше суток, — заключил Алкснис. — Пожалуй, это пока все.

— В общем, все как всегда, — сказала Полина.

— Да, именно так.

Напарница кивнула вглубь парка:

— Кажется, большое начальство пожаловало.

Я посмотрел туда и убедился, что действительно, в нашу сторону двигались трое мужчин в костюмах. Один высокий и лысый, лет так сорок, в сером плаще, под которым черный деловой костюм с белой рубашкой и красным галстуком. Рядом с незнакомцем еще двое, ничем не примечательные мужчины лет пятидесяти. Один с мешками под глазами, второй с аккуратными усами. Сделав шаг к Полине, я шепнул:

— Кто они?

— Цветков — начальник управления, а тот, что с усами зам прокурора города. Кто такой тот высокий — не знаю. Впервые вижу.

Когда троица подошла к нам, Цветков буркнул:

— Докладывайте.

Кажется, это было адресовано товарищу Алкснису, по крайней мере, сейчас только он мог что-то сказать. Так и случилось.

— Ориентировочно смерть наступила около суток назад, более точно сказать не могу, не имею возможности проверить степень окоченения мышц, мешает слой янтаря. На месте обнаружения трупа имеется стул, аккумуляторная батарея и светильники. Других предметов не обнаружено. Пожалуй, это все что могу сказать.

— Свидетелей нет, — добавила Полина. — Труп обнаружил дворник парка.

— Вот видите, Павел Анатольевич, с каким больным выродком мы имеем дело? А вы не верили… говорили, что мы плохо работаем. Теперь вы видите весь масштаб? — Цветков посмотрел на заместителя прокурора.

Павел Анатольевич еле заметно кивнул. Кажется отвратная «скульптура» Мастера оказала на него должный негативный эффект. Прокурор аж побледнел. Вряд ли товарищ каждый день видит воочию подобные плоды фантазии больного маньяка. Зачем вообще приперся сюда? Единственное объяснение, хотел сделать нам взбучку, разнести в пух и прах. Но явно не ожидал увидеть перед собой труп в такой позе. И когда увидел, весь настрой прожарить нас как следует, улетучился. Интересно, он что, вообще дело Мастера не читал? Там же даже фотографии трупов есть. Видимо не читал. Или читал, но вживую вот такое вот художество Мастера смотрится куда более отвратительно?

Я посмотрел на лысого. Тот вообще в лице не изменился. Никаких эмоций. Непробиваемая стена.