Рождение новой России: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но собрание было далеко не единодушным. Раздавались голоса и в пользу Ивана. Сторонники Петра готовились к решительному бою. Недаром, идя на совет «обирать царя», Голицыны и Долгорукие надели под платье латы, полагая, что избрание царя может перейти в поножовщину.

Однако Милославские не думали уступать. Софья, нарушив древний обычай, запрещавший царевнам открыто показываться народу, не только приняла участие в похоронах брата, но и «вопила», обращаясь к народу, что враги отравили Федора и теперь добираются до Ивана.

Поведение царевны разгневало и испугало Наталью Кирилловну, и она поспешила уйти с Петром из Архангельского Собора, не дождавшись конца панихиды.

Милославские продолжали действовать. Поддержку в своей борьбе против Нарышкиных они нашли в стрельцах.

В стрельцы шел главным образом ремесленный, «черный люд» городов. В Москве стрельцы несли караульную службу при дворце, на заставах и башнях, вокруг и внутри Кремля. «Государево жалованье» было невелико и выплачивалось непостоянно. Поэтому стрельцы были вынуждены заниматься ремеслом, промыслами, мелкой торговлей. Отстояв свое время в карауле, «в стороже», стрелец был свободен и дома у себя занимался ремеслом либо торговал на многочисленных рынках с лотка, с рук и т. п. Без такого подспорья, на одно государево жалованье, стрелец жить не мог.

Между тем стрелецкие полковники, используя свое служебное положение, заставляли стрельцов работать у себя в хозяйстве, превращая их в своего рода крепостных. Стрельцу становилось все труднее и труднее продолжать свои занятия ремеслом или торговлей. В результате роста налогов ухудшалось общее положение городского «посадского» люда, а стрельцы были не только выходцами из «черного» ремесленного и работного люда, но и составной частью посадского населения, плотью от плоти «черных людей», тесно связанной с городскими низами. Недовольство стрельцов усугублялось и тем, что они уже долгое время не получали жалованья. Еще раньше, при жизни Федора, стрельцы полков Грибоедова и Пыжова подали жалобу на своих полковников. Нарастанием недовольства стрельцов, их открытым ропотом и решили воспользоваться Милославские. Софья, Иван Михайлович Милославский, Петр Толстой, князь Иван Хованский начали действовать.

Чувствуя свою силу, стрельцы толпами собирались у съезжих изб, избивали неугодных им бояр и грозились перебить всех своих «ворогов». Милославские старались внушить стрельцам, что их «вороги» — Нарышкины, что именно на головы Нарышкиных должен обрушиться гнев стрельцов, а они, Милославские, — настоящие друзья обиженного стрелецкого войска, готовые во всем ему помочь: для этого надо только «восстановить правду» и посадить на престол Ивана.

Грозные признаки готовящегося восстания проявлялись все более отчетливо. Нарышкины не принимали никаких мер, чтобы предотвратить его, и только с нетерпением ожидали приезда в Москву боярина Артамона Матвеева. Положение Нарышкиных осложнилось еще и тем, что стрелецкие начальники стали терять свое влияние на стрельцов. С начальником Стрелецкого приказа старым князем Юрием Долгоруким рядовые стрельцы перестали считаться и открыто начали поносить его.

12 мая 1682 г. в Москву, наконец, приехал Артамон Матвеев, но время было упущено — повлиять на ход событий он уже не мог. «Крамола» разгоралась все сильнее. Князь Иван Хованский, приверженный старине боярин, неумный, спесивый и хвастливый, прозванный за свою болтливость «тараруем», настроил стрельцов против Нарышкиных. Его влияние на стрельцов росло с каждым днем. Ходил по рукам список бояр — «изменников», ненавистных стрельцам. Милославские деятельно готовились к выступлению. По ночам стрельцы собирались на сходы, а их выборные — на совет к Хованскому и Ивану Милославскому.

15 мая в полдень раздался набат. К Кремлю двигались стрельцы. Их подняли Александр Милославский и Петр Толстой, распространив слух, будто Нарышкины удавили Ивана. Кремлевские ворота закрыть не успели, и вскоре толпа разъяренных стрельцов с криком и шумом заполнила площадь перед Красным крыльцом.

Испуганная царица Наталья вышла на крыльцо, ведя с собой Петра и царевича Ивана. С ней вместе вышли патриарх и бояре. Стрельцы убедились в том, что их обманули. Они колебались, не зная, что предпринять. Артамон Матвеев спустился к ним, увещевая их разойтись. Но тут на беду в дело вмешался Михаил Долгорукий. Он начал кричать на стрельцов, чтобы они убирались по домам. Разъяренные этим, стрельцы ворвались на Красное крыльцо.

Началась расправа. Михаила Долгорукого сбросили на копья стоявших внизу стрельцов. Вслед за ним были убиты Артамон Матвеев, Григорий Ромодановский, Языков, Юрий Долгорукий, Афанасий Нарышкин и др.

Несколько дней продолжались убийства, совершавшиеся зачастую по указке Милославских. Группировка Нарышкиных была разгромлена. Те из Нарышкиных и их приверженцев, кто уцелел, были сосланы в монастыри. Милославские победили.

Последующий ход событий был таков: 23 мая были провозглашены царями оба брата — Петр и Иван. 26 мая «первым царем» объявили Ивана, а 29 мая стрельцы провозгласили царевну Софью правительницей ввиду болезненности царя Ивана и малолетства царя Петра. Но Софья скоро поняла, что, вызвав восстание стрельцов, она уже не в силах совладать с ними, и сама превращается в их орудие.

Стрельцы хотели, чтобы их сделали «надворной пехотой» (гвардией), которой бы фактически были доверены судьбы престола и страны. В Москве они распоряжались всем. Во главе разнузданных и разъяренных стрельцов стоял новый начальник Стрелецкого приказа Иван Хованский. Позднее его обвинили в том, что он хотел захватить престол и готовил свержение Милославских. Софья опасалась Хованского и боялась стрельцов, не зная, как обуздать это движение.

Стрельцы требовали устройства «споров» о вере. 5 июля 1682 г. в Грановитой палате состоялся диспут, на котором стрельцы поддержали старую веру — раскольничью. Правда, это не помешало им казнить по приказу Софьи возглавлявшего раскольников Никиту Пустосвята. Они требовали также, чтобы им уплатили жалованье по двадцать пять рублей серебром, выдали всех бояр на расправу и установили на Красной площади памятник в честь событий 15–17 мая. Софье приходилось угождать стрельцам, удовлетворяя их требования.

Немалые опасения вызывало и то обстоятельство, что стрелецкое восстание могло возбудить волнение «черных людей», челяди и холопов. Стрельцы разгромили Холопий приказ и уничтожили его архивы. Правда, стрельцы смотрели свысока на «черных людей» и холопов и не хотели общаться с ними, считая только себя вершителями судеб России. Этим и объясняется пассивность холопов в майские дни 1682 г.

Все чаще и чаще Софье приходилось выслушивать такие слова: «Довольно, матушка, поправила, пора и в монастырь». Положение ее становилось день ото дня все более двусмысленным, и она решилась покинуть Москву. 20 августа вместе с обоими царевичами она уезжает в подмосковное село Коломенское. Потом она перебирается в Саввин-Сторожевский монастырь и, наконец, в село Воздвиженское близ Троицкого монастыря. Здесь она созывает дворянское ополчение.

Дворяне были недовольны своеволием стрельцов, распоряжавшихся престолом и недвусмысленно угрожавших им, и поэтому охотно явились к Троице. Почувствовав себя достаточно сильной, Софья вызвала в Воздвиженское начальника Стрелецкого приказа князя Ивана Хованского с сыном Андреем. 17 сентября, в день своих именин, она приказала обоих казнить.

Стрельцы попытались было оказать сопротивление, «сели в осаду» в Кремле. Но видя, что сила не на их стороне, явились к Софье с повинной.

Теперь Софья могла навязать стрельцам свою волю. Стрелецкие вольности были уничтожены. Знаменитый столб на Красной площади в память 15–17 мая был снесен. Новым начальником Стрелецкого приказа был назначен думный дьяк Федор Шакловитый.

Так началось правление Софьи Алексеевны.

Правление Софьи Алексеевны

В отличие от всех русских царевен — затворниц царских теремов, проводивших все свое время в утомительном безделье с мамками, приживалками и теремными девушками, Софья Алексеевна была деятельным человеком.

Воспитанница ученого монаха Симеона Полоцкого, она получила хорошее образование и много читала. Симеон Полоцкий привил ей интерес к «латинским» языку и культуре. Властолюбивая и гордая, Софья стремилась к единодержавному правлению и была поглощена заботами об укреплении собственной власти.

Взяв бразды правления в свои руки, Софья почувствовала, насколько дорога ей власть, и стремилась во что бы то ни стало сохранить ее за собой. В трудной борьбе за удержание власти Софья прежде всего опиралась на своего фаворита, или, как тогда говорили, «галанта» — Василия Васильевича Голицына. Этому умному и образованному государственному деятелю принадлежит заслуга ряда преобразований и многих замыслов, которые говорят о его прозорливости и могли бы оказать честь деятелям даже более позднего времени.

По почину Василия Голицына был создан совет для подготовки преобразования русского войска. Результатом деятельности этого совета был указ от 12 января 1682 г. Указ отменял местничество, при котором замещение государственных и военных должностей зависело от «породы», т. е. от знатного происхождения, а не от деловых качеств.

Иностранец Невилль сообщает, что в беседе с ним Голицын делился своим замыслом преобразования русского войска. С этой целью Голицын, по словам Невилля, считал необходимым изменить положение государственных крестьян, предоставив им землю и обложив их особым государственным налогом. Немало других «прожектов» роилось в голове у «великого Голицына», как называл его Невилль. Эти замыслы рождались в тиши покоев, стены которых, вопреки старорусским боярским обычаям, были уставлены книжными полками, увешаны географическими картами, часами и термометрами.

Этот человек мог бы найти свое место среди сподвижников Петра, не свяжи он свою судьбу с политической карьерой властолюбивой правительницы. Софья же чересчур дорожила властью, чтобы сочувствовать преобразовательным замыслам Голицына, осуществление которых восстановило бы против нее боярство, ревниво соблюдавшее «древнее благочестие» и родную старину.

Что касается внешней политики правительства Софьи, то она не была успешной. Правда, заключение «вечного мира» с Польшей в 1686 г., по условиям которого за Россией был закреплен Киев, удовлетворило дворянство. Но последовавшая затем борьба с Крымским ханством, также предусмотренная условиями «вечного мира» с Польшей, окончилась неудачей.